— Не думаю, что мы сможем заняться здесь сексом, — засмеялась я. — Здесь слишком мало места.
— Да неужели? Это вызов? — спросил Флинн, стрельнув в меня озорным взглядом.
— Я бы предпочла не сломать кости, — сказала я. — К тому же, разве у нас есть на это время? Колин скоро будет здесь?
Мое тело убеждало, что у нас больше, чем предостаточно времени. Я хотела его, я всегда хотела его. Но мне нужно было действовать. Мне нужно было усмирить в себе похотливого зверя и не отвлекаться от основной задачи и практической применимости целиком всей ситуации.
— Полагаю, тогда нам просто нужно найти компромисс, — сказал он, опустившись на колени, прежде чем я смогла остановить его.
Он придавил меня к стене и нежно раздвинул мои ноги, перед тем как подмигнул мне и дьявольски улыбнулся. Он наклонился вперед, скользнув языком между моих губ, щекоча клитор и заставляя мои коленки ослабеть. Он крепко держал меня, присосавшись к моей киске настолько сильно, что заставил меня задохнуться от удивления.
Флинн работал своим волшебным ртом, посасывая и полизывая мою киску, трахая меня своим языком, а все это время теплая вода струилась вниз по нашим телам, каким-то образом увеличивая и усиливая ощущения, пробегающие по моему телу. Мои руки запутались в его влажных волосах, и я обнаружила, что сильнее подталкивая его голову к себе, устремляя его язык глубже, к самым чувствительным точкам. Я знала, что не продержусь слишком долго, не с его умением и моей потребностью в том, чтобы он потерял контроль.
Мои ноги начали дрожать, когда огонь внутри меня распространился все выше. Каждый миллиметр меня пылал, и, казалось, будто электрические цепи затрагивали каждое нервное окончание и сводили с ума. После волны интенсивного ощущения меня накрыло еще одной волной, которая заставила задрожать от удовольствия, пока я продолжала взрываться, выкрикивая его имя и обмякнув, словно тряпичная кукла в руках Флинна. Но он поддерживал меня и не останавливался, пока я вновь и вновь повторяла его имя:
— Флинн, о Боже, Флинн...
Все не прекращалось до тех пор, пока я действительно не обмякла и спазмы, сотрясающие мое тело, не стихли. Только когда мой оргазм слаб, он встал, позволив мне упасть в его объятия. Я зарылась лицом в его грудь, пытаясь отдышаться. Посмотрела на него и улыбнулась.
— Боже мой, ты определенно станешь моей погибелью, — прошептала я, тяжело дыша.
24
Эйва знала обо мне правду, по крайней мере, частично. Она знала, что я солгал ей, что для многих женщин стало бы последней каплей. Или, по крайней мере, началом конца. Уничтожить женское доверие — худшее, что может сделать мужчина. И все же, она все еще была здесь, в моих руках. Такая всепрощающая и такая милая. Я с самого начала знал, что она не была похожа на большинство женщин, и она доказала, что я был прав. Большинство женщин, к этому времени, убежали бы, поджав хвост (не то чтобы я мог их винить), но Эйва по-прежнему была со мной. И, несмотря на все произошедшее и всю опасность, которой она подверглась, она все еще говорила, что любила меня.
Именно это удивило меня больше всего, учитывая случившееся. Конечно, она не знала всей правды — чем я занимался в рамках синдиката. Она знала, что я из О'Брайенов, но Эйва не была коренной жительницей Чикаго, поэтому, очевидно, до нее не дошли слухи обо всех убийствах, преступлениях и насилии. Или, возможно, она была наивна и не хотела видеть безбашенного монстра, каковым я являлся. Это была безобразная часть меня. Часть, которая сохраняла жизнь мне и моей семье, но это не было тем, чем я гордился. Особенно, перед Эйвой. И хотя, я чувствовал вину за то, что хранил от нее секреты, ей нельзя было знать всего обо мне.
Пока еще нет.
Эйва заставила меня стремиться к чему-то лучшему, к тому, о чем я никогда раньше не задумывался.
И она была здесь, доказывая мне, что все это было реально получить. Что моя жизнь могла бы быть лучше, и я мог бы стать лучше. Пока мы могли бы справиться со всем этим, и я мог бы оправдать свое имя, возможно, я, также, смог бы исправить некоторые ошибки, совершенные мной в прошлом. Возможно, под ее влиянием и примером я смог бы направить синдикат в новое русло. Конечно, может быть, не совсем в законное, потому что мы так не работали, и парни бы взбунтовались. Но может быть, мы смогли бы стать более осмотрительными, действовать немного иначе и остановить насилие, которым так славились.
Черт, возможно, однажды я даже смог бы отойти от дел и жить честно. Я не смог бы направить синдикат в другое русло, но, может быть, в конечном итоге, смог бы сделать это с самим собой. Как только появился бы человек, способный и готовый взять на себя управление синдикатом, возможно, я смог бы позволить ему занять свое место. Это не то, о чем я мечтал когда-либо раньше. Черт, это даже не то, о чем я когда-либо задумывался. Но сейчас, рядом с такой женщиной, как Эйва, все казалось возможным.
