Самое смешное, что для нашего бракосочетания ему действительно не требуется мое согласие. А значит, он имеет право привести меня к алтарю с кляпом во рту и связанную по рукам и ногам.
Его настойчивое желание жениться по-прежнему вызывало недоумение. Мои слабые трепыхания по поводу того, что я не буду ему помогать, конечно, не могли произвести на Игната впечатление. Змей прав: у меня будет достаточно времени, чтобы все хорошенько обдумать и согласиться на его безумный план.
Однако я все равно не понимаю, зачем устаиваться свадьбу, если на меня можно воздействовать другим, более простым способом? Например, припугнуть – как сегодня во время ужина. Или заколдовать: загнать в угол, наложить чары покорности, и получить смирную, на все согласную рабыню. Еще можно высечь кнутом – просто и без затей. Чтобы я знала, кто в этом замке самый главный.
Игнат же ведет себя дружелюбно и даже ласково. При этом его заверения в любви по-прежнему звучали неубедительно, и лишь сильнее уверили меня, что причина столь трепетного отношения не в чувствах, а в чем-то ином.
Это иное мешает цмоку воздействовать на меня силой, и оно настолько серьезно, что он желает накрепко привязать меня к себе.
Что же это такое?
Интуиция вопила: ответ мне прекрасно известен. Он находился где-то на задворках сознания в виде тонкой неоформленной мысли, которую никак не удавалось ухватить за хвост.
Я отчетливо понимала: стоит поймать эту мысль, и большинство моих проблем лопнет, как мыльный пузырь.
Когда же я все-таки уснула, до самого утра меня терзали тревожные сны. Они мелькали, как стекляшки калейдоскопа, и не желали складываться в единую картинку. Я видела желтые глаза цмока, печальную улыбку Малаши, восхищенный взгляд Матвея, серьезное лицо Девдаса.
«Ты сияешь, как звезда…»
«Чары исчезли и больше не скрывают твою внутреннюю красоту…»
«Вы оказались сильнее, чем думал господин… Вы – его лучшее творение…»
Я проснулась на рассвете, такая уставшая и разбитая, будто не спала ни минуты. Стоило же мне выбраться из постели и привести себя в порядок, как в дверь моей спальни громко постучали. Я думала, явился кто-то из слуг, чтобы позвать меня к завтраку, однако на пороге неожиданно обнаружился Игнат. В его глазах горели веселые огоньки, а в руках находилось большое прямоугольное зеркало.
– Доброе утро, – сказал он, войдя в мои покои. – Как спалось?
– Отвратительно, – честно ответила я.
– Печально, – кивнул цмок. – Давай-ка я тебя повеселю.
Он поставил зеркало на стол и щелкнул рядом с ним пальцами.
– Смотри. Несколько минут назад к нам пожаловал гость.
Зеркало покрылось рябью, а потом отразило кусочек ведущей к замку дороги, высокую каменную дверь и темноволосого мужчину в синей ветровке, который настойчиво стучал в нее кулаком.
Мое сердце пропустило удар, а глаза стали круглыми, как монеты.
– Матвей! – ахнула я.
– Твой земной приятель пришел тебя навестить, – усмехнулся цмок. – Забавно, не так ли?
– Откуда ты знаешь, что он мой приятель?
– Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь.
– О, я в этом не сомневаюсь. И все-таки, Игнат. Ты за мной следил?
– Конечно, следил, – кивнул чародей. – В твоем окружении было немало народу, который подробно докладывал мне о каждом твоем шаге.
– Например, Марья Косая.
– Да. Но конкретно об этом мужчине мне сообщила обдериха. Она сказала, вы находитесь в хороших отношениях. Настолько хороших, что он не побоялся явиться к моему дому. Должно быть, этот Матвей надеется увести тебя на Землю. Удивительное самомнение, да?
Игнат говорил что-то еще, но я его уже не слушала. Я смотрела на Январина во все глаза, а в моей голове крутился бешеный хоровод мыслей.
Как он сюда попал?!
Должно быть, ему помогла Малаша.
Не дождавшись моего возвращения, Матвей наверняка пошел в ее баню и, как было условлено, передал ей мои бусы. Игнат сказал, что послал обдерихе приглашение на свадьбу. Значит, к приходу Матвея она была в курсе, где я нахожусь, и что меня ждет. К приглашению наверняка прилагался одноразовый портал – своими силами мамушка добиралась бы до Железной гряды несколько дней и опоздала бы к венчанию, поэтому будущий зять отправил ей артефакт, который бы в одночасье перенес ее сюда.
Малаша, судя по всему, отдала артефакт Матвею. А чтобы Навь не чинила ему препятствий, провела обряд магического очищения.
Январину этот ритуал наверняка был знаком, ведь он часто описывается в старинных народных сказках. Чтобы герой сказки мог освободить плененную красавицу, ведьма, охраняющая точку перехода в другую реальность, кормила его иномирной едой, парила в бане и укладывала спать. То есть проводила погребальный обряд, согласно которому герой «умирает» в одном мире и «возрождается» в другом.
По факту же этот ритуал маскирует человеческое энергополе, чтобы Навь не опознала по нему чужака, и не поставила на него свою метку. Маскировка держится около трех дней, и если Матвей успеет за это время вернуться домой, на его дальнейшей жизни путешествие в иной мир никак не отразится.