Михаил усмехнулся. Вот Вас, батенька, понесло! Лодка еще даже на воду не спущена, экипажа для нее нет, а он уже японские броненосцы на выходе из Сасебо топит… Скромнее надо быть, милостивый государь… А если по теме, то выход один. После выхода из Скагеррака «Косатка» должна исчезнуть. Любые заходы в порты исключаются. Никому и в голову не придет, что судно с дизельной силовой установкой с таким запасом топлива способно дойти без бункеровки от Кронштадта до Сингапура, следуя вокруг Африки. Ночью, в укромной бухте одного из многочисленных островов Голландской Ост — Индии, или на Филиппинах, можно будет встретиться с русским транспортом, взять топлива под завязку и снова исчезнуть в океанских просторах еще до рассвета. И тогда вполне можно рассчитывать на торжественную встречу с адмиралом Того в Желтом море в ночь на 27 января. И устроить такой салют в его честь, какой изменит весь дальнейший ход истории…
— Михаил Рудольфович, Вы не сильно заняты?
Михаил отвлекся от обдумывания стратегии и обернулся. Из люка рубки выглядывала голова Нестерова. Видно, он пришел с важным вопросом, поскольку все не очень важные решал сам.
— Нет, Валерий Борисович, просто задумался, что дальше делать. Что Вы хотели?
— Тут один господин хочет с Вами поговорить. Причем, обязательно лично. Он ввел меня в курс дела, оно Вас должно заинтересовать.
— Ну — ка, ну — ка, что именно?
Нестеров поднялся на мостик и следом за ним выбрался молодой человек лет двадцати пяти, или чуть старше, одетый в синюю рабочую спецовку, но по всему было видно, что он не из заводских мастеровых. Незнакомец поздоровался и представился, сразу приступив к делу.
— Здравствуйте, Михаил Рудольфович! Разрешите представиться, инженер Ланг Рихард Оттович. Сотрудник компании «Телефункен». Буду проводить монтаж радиотелеграфной установки на Вашем судне.
— Очень приятно, Рихард Оттович. Чем могу быть полезен?
— Михаил Рудольфович, у меня к Вам два предложения — одно делового, а другое — личного характера. Мы рады, что Вы выбрали продукцию именно нашей компании и нас очень интересует работа радиоаппаратуры в таких условиях. Компания «Телефункен» готова предоставить Вам существенную скидку, если бы Вы согласились представить подробный отчет о работе радиотелеграфной установки после возвращения из экспедиции. Как она себя ведет в условиях низких температур Арктики, как влияет на ее работу в высоких широтах природный феномен — полярное сияние и прочее. То есть, любые нюансы, положительные и отрицательные, которые только произойдут. Также интересна максимально возможная дальность действия в различных условиях прохождения радиоволн в высоких широтах. Если Вы согласны, то компания предоставит скидку до тридцати процентов.
— Очень заманчиво, согласен. Это, как я понял, деловое предложение. А какое личное?
— Михаил Рудольфович, я знаю, что Вам в команде нужен хороший радиотелеграфист. Без ложной скромности могу сказать, что я таковым являюсь. К тому же, я хорошо знаю радиооборудование, которое буду у Вас монтировать и налаживать. Не согласились бы Вы взять меня к себе в команду?
— А как же Ваша служба в «Телефункен»?
— Компания сама заинтересована, чтобы на судне был человек, досконально знающий аппаратуру и сумевший дать профессиональную оценку ее работы в экстремальных условиях. Это необходимо для дальнейшего развития подобных электрических систем. Поэтому, они готовы откомандировать меня для участия в Вашей экспедиции. И к тому же, мне самому интересно принять в ней участие. Ведь такого еще никогда не было!
— А не боитесь, Рихард Оттович? Арктические льды — это не льды Финского залива. К тому же, комфорта кают обычных судов на лодке нет.
— Не боюсь. Я уже бывал в Арктике. Правда, только в сухопутной экспедиции. А насчет комфорта — думаю, что в палатке на берегу Ледовитого океана его еще меньше. Насчет моей лояльности можете не волноваться. Я русский подданный и только работаю в Германии.
— А как же Вы попали в «Телефункен»?
— Когда был в Германии, познакомился с немецкими коллегами. Мне и предложили должность инженера в «Телефункен». В России, увы, мои знания и опыт оказались не востребованы. Я из русских немцев и языковой проблемы для меня не было. Вот и служу там уже больше года. К сожалению, русский флот ориентирован на радиоаппаратуру фирмы «Дюкрете». Но «Телефункен» не теряет надежды укрепить свои позиции в России, если этот полярный эксперимент пройдет успешно.
— Что же, Рихард Оттович. Мне бы тоже хотелось, чтобы на субмарине радиотелеграфистом был человек, досконально знающий установленную аппаратуру. Считайте, что Вы приняты в команду. Сколько времени потребуется на установку аппаратуры?
— Три дня на монтаж и день на наладку. Возможно, монтаж займет на день — два больше. Потому, что я уже ознакомился с проектом и мне хотелось бы кое — что изменить в месте установки антенны. Если Вы не против, конечно.
— Рихард Оттович, Вы специалист в этом деле, Вам и карты в руки. Делайте так, как считаете нужным.
