– Чего-то похожего я и ожидал. – Честно признался Врубель. – Французы не очень любят сами лезть вперёд.
– Было бы глупо предполагать, что французы полезут на штурм. – Вставил свои "пять копеек" я. – Разбираться придётся своими силами.
– Это хорошо, что вы и сами все осознаете. – Вновь улыбнулся поручик. – Со мной у нас в наличии восемь человек. Из оружия у нас пистолеты и автомат "Суоми"[2].
– Я тоже участвую! – Тоном, не терпящим возражений, произнёс ваш покорный слуга.
– Лавры героя не дают покоя? – Улыбнулся капитан. – Ну и дурак. Голову сложить, на это много ума не надо.
Услышав и осознав сказанное Врубелем, я поморщился – ожидать трусости после всего, что мы вместе с капитаном прошли… Слов у меня не было. Одни эмоции. И почему-то – исключительно на русском-матерном, который по совместительству является интернациональным языком похлеще пресловутого английского.
План дальнейшего штурма разрабатывал поручик Гжегош – во всяком случае, его люди точно знали, что и как делать. Это не могло не радовать. А вот капитан Врубель неожиданно исчез. Честно говоря, его слова в кафе на тему того, что он не любит, когда ему мешают завершить дело, которое он начал, несколько разнились с тем, что он озвучил совсем недавно.
Ну и чёрт с ним – на его совести останется.
Наобум никто лезть не собирался – поэтому весь день за объектом, который вскоре придётся штурмовать, следили люди Гжегоша. К вечеру, когда мы уже собрались в неприметной подворотне, старший из группы наблюдения контрразведчик, сообщил:
– Сейчас в доме около десятка гостей.
Услышанное меня удивило. Какие гости в том месте, где держат Терезу? Впрочем, менять ничего не стали.
С наступлением темноты к главным воротам направился один из контрразведчиков – тот, что был поразвитее мускулатурой, и, судя по всему, занимался боксом. По обеим сторонам улицы, страхуя его, незаметными тенями следовали ещё четыре контрразведчика во главе с самим Гжегошем. Ещё трое составляли оцепление по периметру – чтобы никто сбежать не смог.
Как и в прошлый раз, когда контрразведчики проводили «разведку боем» и оценивали систему охраны объекта, который нам придётся штурмовать, из неприметной коморки выскочили двое со вкусом одетых молодых мужчин и быстрым шагом приблизились к здоровяку, который должен был отвлекать внимание.
Завязалась короткая словесная перепалка, благодаря которой двое контрразведчиков в штатском успели проскочить за спинами охранников в коморку, откуда они вышли. Через несколько секунд послышался крик совы, и, боксёр, получив, видно, обусловленный сигнал, двумя короткими ударами вырубил охранников, что-то споро доказывающих ему на французском языке.
Когда я, как и было ранее обговорено, подбежал к здоровяку и помог ему их спеленать, тот презрительно сплюнул в сторону лежавших на уличной брусчатке противников:
– Сопляки!
Я мысленно усмехнулся – и не поспоришь! После таких ударов, я вообще не гарантирую, что охранники могли целыми и здоровыми. Опять же, сотрясение мозга могло бы быть – от удара, да и при падении оба изрядно приложились.
Буквально через пять минут, когда мы уже убрали оба связанных тела в ту самую каморку-дежурку, откуда появились оба охранника, Гжегош уже знал точное количество народу в здании. Как и ожидалось при планировании, из дежурного помещения останавливать нежеланных прохожих выходили не все – ещё один охранник оставался за столом возле телефона. И только то, что свои обязанности дежурного он выполнял, как и любой гражданский человек – из рук вон плохо, позволило двоим контрразведчикам выполнить свою работу быстро и практически без шума.
– Он радиоволну переключал. – Коротко пояснил молодой контрразведчик, потирая ушибленное плечо. – Но быстрый, меня же им и приложить успел.
– Сам как, нормально? – Побеспокоился за подчинённого Гжегош.
– В норме. По плечу попал, ничего серьёзного. – Улыбнулся парень…
Ещё несколько минут потратили на доработку плана.
– Из-за высокого забора пробраться внутрь проблематично. Ворота же открываются только изнутри, об этом мне поведал охранник. На территории находится ещё минимум десять вооружённых короткоствольным оружием человек. – Рубленными фразами поведал мне поручик, после чего снял с головы шляпу и почесал затылок.
– Пан поручик, если меня подсадят, я могу попытаться перемахнуть через забор! – Как в школе поднял руку контрразведчик, которого совсем недавно огрели по плечу радиоприёмником.
– Думаешь, сможешь? Там забор больше двух метров высотой. – Усомнился Гжегош.
– Нам в любом случае туда нужно пробраться. – Улыбнулся парень. – А я самый лёгкий. Вы меня подбросите, а я как-нибудь уже и зацеплюсь!
План, откровенно говоря, был паршивым. Но отступать уже было некуда. Так бы и поступили на самом деле, если бы не обратили внимание на огоньки, спешащие в нашу сторону по улице. Вскоре послышался и шум работы автомобильного двигателя. Все контрразведчики тут же разбежались по укрытиям, кто его знает, кто это мог оказаться? Да, жандармы обещали перекрыть две соседние улицы для движения автомобилей, но откуда-то же этот автомобиль взялся.
