– Плохо, – призналась она. – Но ничего не могу с собой поделать. Легкие интрижки перестали меня устраивать, а ничего стоящего не попадается. Иногда вспоминаю свои похождения и ужасаюсь. Как я могла?! – Она с грустной улыбкой посмотрела на меня. – Может, мне в монастырь уйти?
Я рассмеялась.
– Не все так плохо. Я сегодня видела, какие голодные взгляды бросали на тебя мужики. Просто ты выглядишь такой роскошной и неприступной, что к тебе боязно подойти.
– Такие рохли, которые боятся подойти, мне не нужны. Только вот и те, которые подходят, тоже никуда не годятся. Им нужно от меня только одно, сама знаешь, что. А мне от них и этого не нужно. Тупик.
Мы впервые за столько лет разговаривали с Маринкой, как настоящие подруги. Раньше нас только Вероника объединяла. Это было неожиданно и очень приятно. Я уже не раз задумывалась, почему у меня за всю жизнь не появилось других подруг. На работе полно женщин примерно моего возраста, но почему-то ни с кем не сложилось дружеских отношений. Конечно, мы общаемся, что-то рассказываем друг другу за чашкой чая, но это все. А хотела бы я, чтобы было иначе? И с удивлением обнаружила – мне это не нужно. Наверное, я слишком замкнутая, боюсь подпустить кого-то к себе слишком близко (а вдруг меня обидят?), сказывается предыдущий опыт.
Когда мы вернулись в галерею, она уже была заполнена Никиными однокурсниками. Большинство из них стали художниками, в той или иной области, остальные переметнулись в другие сферы, кое-кто из них в этих новых сферах кое-чего достиг. Однако наиболее успешной из них оказалась Вероника. Но атмосфера была очень дружественной, никто зависти или других неприязненных чувств не демонстрировал. С кем-то мы были знакомы с юных лет, с другими встречались на Женькиных похоронах и поминках, так что быстро влились в коллектив.
Когда мы огромной толпой шли по городу по направлению к кафе, шуму от нас было, как от вдвое большей толпы подростков. Это было весело, все мои переживания отодвинулись на задний план. В этом кафе мы в свое время не раз бывали, чтобы встретиться с Вероникой. Сегодня оно показалось мне более тесным, а, может, просто слишком много народу туда набилось. Столы были накрыты, и вскоре мы расселись за ними. Всем заправляла Рита. Высокая, нескладная, с некрасивым лицом, она была не лишена обаяния. Несколько лет назад ее муж, тоже ювелир, бросил ее и переметнулся к более молодой и красивой женщине. Новая жена родила ему двойню. Рита, конечно, переживала, ей приходилось одной воспитывать сына, но она не унывала. От нее расходились мощные потоки позитивной энергии. Первый тост произнесла она, вложив в него все свое восхищение не только творчеством подруги, но и ею самой. Восхваления захотела продолжить и Маринка, но Ника ее прервала.
– Предлагаю выпить за моего мужа! – громко произнесла она. – Если бы не он, то ничего бы у меня не получилось. Только его забота и поддержка помогли мне заниматься творчеством, не отвлекаясь на бытовые проблемы. Только благодаря ему я смогла чего-то добиться… – Тут ее голос дрогнул, и из глаз полились слезы. – В общем, за Женьку! Пусть земля ему будут пухом!
Я заметила, что и Маринка смахнула слезу.
– Слава богу, наконец-то, Ника это признала, – пробормотала она себе под нос, но я услышала.
Вероника тем временем разрыдалась и метнулась в сторону туалета, мы с Маринкой последовали за ней. Остановившись в небольшом закутке, мы, все трое, обнялись и на некоторое время застыли в такой позе. Вероника продолжала всхлипывать, а Маринка гладила ее по волосам и приговаривала:
– Поплачь-поплачь, тебе станет легче. Это напряжение последних дней выходит из тебя таким образом.
– Женька…, – в очередной раз всхлипнула Ника.
– Знаю-знаю, ты его очень любила, но поняла это только тогда, когда потеряла.
Вероника подняла на нее изумленные глаза, и я опять обратила внимание на то, какие они зеленые и прозрачные. Как я раньше этого не замечала?
К нашему возвращению в зал не стали привлекать внимание, просто тосты возобновились. Они следовали один за другим, на выпивку не поскупились. Маринка, наконец, высказалась, как и многие другие. Ника произнесла еще один тост, вспомнив любимую бабушку. Рита, которая взяла на себя роль тамады, мне тоже предоставила слово, но я не люблю и не умею произносить тосты, поэтому сказала, что присоединяюсь ко всему вышесказанному. Когда многие уже изрядно набрались, последовало предложение потанцевать. Часть столов сдвинули, но образовавшаяся площадка все равно была слишком маленькой, чтобы вместить всех желающих. Однако никого это не смущало, мы толкались, задевали друг друга, но продолжали танцевать, если это можно было назвать танцами. Я ни одного танца не пропустила, но какого-то определенного поклонника у меня не появилось. Маринку полностью оккупировал Вадим, и она, кажется, не возражала. За Вероникой вовсю ухлестывал Егор, но ему не позволили полностью завладеть вниманием виновницы торжества. В общем, всем было весело.
