Потом Маринка рассказала о своей слежке за фургоном и о плачевном окончании сыщицкой деятельности, когда на каком-то трухлявом мосту руль перестал ее слушаться, и она с этого моста свалилась. Она не знала, кто ее спас, и как оказалась на лесной дороге, откуда скорая помощь доставила ее в больницу. По мере продолжения Маринкиного рассказа ужас все сильнее охватывал меня, а на фоне этого ужаса и обида проступала. У подруг столько событий произошло, а они мне ни слова не сказали! Затем поняла, что сама в этом виновата. Тоже мне, нашлась звезда вернисажей! Они ко мне подступиться боялись. Да весь мой успех и куча заказов не стоят и волоска с их головы. И это еще не все! Лиза! Они угрожали моей дочери! Как ее защитить? Мне негде ее спрятать, о даче свекрови они наверняка знают.
Нашу беседу прервал звонок моего телефона. Звонил Антон Сергеевич, и я сразу нажала «отбой». Просто удивительно, как в экстремальных ситуациях начинает работать мозг. Сначала явное торможение, потом всплеск адреналина. Наверное, звонок сыщика вызвал во мне этот всплеск, появились какие-то ассоциации. Маринка говорила о голосе, который ее запугивал. Но это же был не бесплотный голос, а человек. А человек мог после себя кое-что оставить, «жучки», например. Злодеям наверняка интересно узнать, что нам известно, и что мы планируем делать в дальнейшем. Я открыла сумку, блокнот и карандаш всегда при мне. Я достала свои принадлежности и крупными буквами написала: «ВОЗМОЖНО, «ГОЛОС» ОСТАВИЛ «ЖУЧКИ». ПОДЫГРАЙ МНЕ.». После этого продолжила разговор.
– Когда вы обе так загадочно исчезли, я ужасно перепугалась. В издательстве обещали помочь, подключили частного сыщика. Теперь я жалею об этом, но отказ выглядел бы подозрительным, ведь Катя пока не нашлась.
Адреналин постепенно покидал меня, и я поняла, что говорю как-то вяло. Пришлось сделать усилие, чтобы добавить голосу убедительности.
– В общем, подруга, тебя будут допрашивать – и частный сыщик, и из полиции. Говорят, какой-то симпатичный полицейский уже два дня здесь пороги обивает. Не вздумай упоминать об улице Короленко! Ни в каком виде, ни под каким соусом, никому, просто забудь! Когда Катя объявится, ее тоже предупредим. – Я перевела дух. – Думаю, ты правильно догадалась насчет криптофермы, а почему они сделали из этого такую тайну – не наше дело! Может, налоги не хотят платить.
Мы с Маринкой обе устали, но нужно было продолжать спектакль.
– Но как я объясню, зачем взяла машину, да еще оказалась в таком захолустье? – прохрипела Маринка.
– Говори то, что матери сказала: захотелось развеяться, покататься, потом решила за город проехаться, но почувствовала себя не слишком хорошо, да и погода испортилась, и ты решила вернуться. Съехала с кольцевой не там, где надо, и заблудилась. Направилась в сторону жилого массива, вот так и оказалась на том проклятом мосту.
– Думаешь, поверят?
– Если сыщик не полный дурак, то не поверит, – усмехнулась я, – меня станет спрашивать, как такое возможно. А я скажу, что ты у нас немного с приветом, и от тебя всего можно ожидать.
Маринка показала мне забинтованный кулак, а вслух произнесла с сарказмом:
– Ну спасибо, подруга.
– Не за что.
Я совсем выдохлась, но тут меня накрыла очередная волна ужаса.
– Маринка, только больше никуда не впутывайся, я тебя умоляю! – На этот раз я говорила совершенно искренне, не ради спектакля. – Если тебя наплевать на себя и на свою мать, то мне на свою дочь не наплевать! Скорее всего, это пустые угрозы, но я не могу и не хочу рисковать! Что у тебя с телефоном?
– Сгинул. Мама оставила мне свой, можешь по нему звонить.
Я тем временем написала в своем блокноте: «Передам тебе новый телефон, секретные разговоры будем вести по нему, смс-ками. Вдруг твой телефон будут прослушивать? Ты сможешь писать?». Маринка подняла забинтованную правую руку и пошевелила двумя пальцами, которые не стягивала повязка. Я кивнула.
– Значит, так, – сказала я в заключение, – при общении с сыщиками держи ухо востро, ни одного лишнего слова. Почему ты отправилась в столь странное путешествие – не их дело, а аварии на дорогах – не редкость. Тут нечего особо выяснять, ведь никого поблизости не было, и ты никого не покалечила. Господи, ты уже третий автомобиль угробила! – зачем-то озвучила я печальную статистику. – А вот насчет Кати и ее нового знакомого расскажи все, что знаешь – как познакомились, где и когда встречались, в общем, все, что вспомнишь. Вполне может быть, что твои приключения и Катины между собой никак не связаны.
Маринка как-то странно на меня посмотрела.
– Не представляла, что ты можешь быть такой властной и безапелляционной.
– Я тоже не представляла, – сразу сникла я, – ситуация вынуждает. Не хочу, чтобы с моей малышкой случилось что-нибудь плохое.
Маринка выглядела осунувшейся и растерянной, что совсем на нее не похоже. Я осторожно погладила ее по плечу и поцеловала в щеку. Держись!
– Ах, какие нежности! – В палату вошла пожилая медсестра. – Заканчивайте с разговорами. Неужели не видите, что больной пора отдохнуть? Сейчас сделаю ей укол, чтобы ночь прошла спокойно.
