Я ничего не ответила, а обняла его и поцеловала в щеку, спровоцировав целый ураган. Некоторое время мы целовались, потом отстранились и улыбнулись друг другу. В этот момент я поняла, что нас связывает не только влечение, но и нечто большее. Но это ничего не меняло в моих планах. Сейчас не время устраивать личную жизнь. Сначала нужно решить другие проблемы. С большим трудом мне все-таки удалось выставить его из дома. Надеюсь, он на меня не обиделся, тем более, что наше прощание сопровождалось пылкими поцелуями. Я объяснила свое поведение завтрашним приездом дочери и необходимостью к этому подготовиться, но это была не вся правда.
Едва за ним закрылась дверь, я прошла в спальню и вынула из Женькиного стола визитную карточку загадочного Валентина Ивановича. В разговоре с Маринкой «Голос» напрямую говорил об улице Короленко, так что теперь разговор можно вести в открытую. Неважно, что уже второй час ночи, пусть он мне прямо скажет, что нужно сделать, чтобы нас оставили в покое. И еще. Нужно узнать, что они сделали с Катей. Может, даже пригрозить, что, если она в ближайшее время не объявится, то никакие угрозы им не помогут. Однако на мой звонок ответил механический голос: «Этот номер больше не обслуживается.». Я проверила правильность набранного номера и еще раз позвонила, но результат был тем же. Зачем этот тип дал мне несуществующий номер? Или он только недавно от него отказался? Почему? Сейчас самое время поговорить обо всем откровенно.
– Ника, ты где? – прервал мои размышления удивленный голос свекрови. – Я к тебе уже в третий раз обращаюсь. Еще с утра заметила, что ты не в себе, думала, от усталости и расстройства из-за подруг. Но тут что-то другое. Расскажи, куда ты вляпалась? Что сделала?
Я решила хотя бы частично посвятить Наталью Сергеевну в свои тайны, чтобы она осознала серьезность ситуации. От нее пустыми отговорками не отделаешься.
– Ничего я не сделала – ни плохого, ни хорошего, – выдавила я. – Просто случайно узнала то, что мне не полагалось знать, а заинтересованным лицам это не нравится.
– И они угрожали Лизе? – почему-то шепотом спросила свекровь. Я кивнула. – О, Боже! Ты сообщила в полицию?
– Нельзя.
Несмотря на краткость моего ответа, она не стала задавать уточняющих вопросов. Приятно иметь дело с умным человеком.
– Что же ты собираешься делать?
– Хотелось бы уехать с Лизой куда-нибудь подальше, но пока не могу, – вздохнула я. – Выставка еще не закончилась, Маринка в тяжелом состоянии, Катя пропала. Буду держать дочку при себе.
Мои планы не понравились заботливой бабушке.
– Это никуда не годится. Давай, лучше я с ней уеду, а ты спокойно занимайся своими делами.
– А как же другие внуки? Если вы поедете всем табором, то за Лизой можете и не углядеть.
– У других внуков тоже мать есть, – раздраженно сказала она, – да и отцы пока живы. Пусть Люба сама управляется.
Похоже, в сознании Натальи Сергеевны произошла революция. Думаю, она наконец-то осознала, что в безответственном поведении дочери есть и ее вина. Она с самого начала взвалила ответственность за внуков на свои плечи. Возможно, пыталась таким способом заполнить внутреннюю пустоту после смерти мужа. Теперь внуки взрослеют, а ее силы убывают, и она стала бояться за их будущее. Но не мне ее учить. Сейчас Люба опять нигде не работает, грустно сказала она, у нее появился новый бойфренд, намного старше нее и состоятельный. Похоже, относится к ней серьезно, так как решил провести выходные на даче, чтобы познакомиться с ее детьми. Что ж, такое предложение меня вполне устраивало. У Натальи Сергеевны имелся загранпаспорт, и шенгенская виза еще действовала, так что с этой стороны никаких препятствий не было. Женька подарил матери на день рождения путевку в Италию, и незадолго до его смерти она успела там побывать, хотя перед этим долго отнекивалась. Это была ее первая поездка за границу, теперь предстояла вторая. Мы быстро убрали со стола, и я поставила на него ноутбук, после чего мы приступили к выбору подходящего тура.
