– Катька хоть и болтливая была, но всегда секла, о чем можно болтать, а какую тему лучше не трогать. Своих подруг и знакомых представляла выборочно. С кем знакомила, а с кем прикидывалась, что сама незнакома, – невесело улыбнулся своему каламбуру Вадик.
– Так ты даже не догадываешься, чего тому мужику в тирольской шапочке от нее было нужно? – наивно спросила я.
– Если б догадывался, то непременно поделился с тобой, – насмешливо посмотрел на меня он, – я ни разу не видел этого гада.
– А нового Катькиного френда?
– Тоже. Вот Альбинка видела, если так трепалась.
Я посмотрела на часы: было без десяти восемь.
– Сейчас я ей позвоню. – Я сунула руку в карман куртки и выругалась, вспомнив, что оставила трубку Веретенникову. – Позвонила. Ладно, сейчас высадим Трофимыча и заедем к ней, адрес у меня есть. Трофимыч, – я обернулась назад, – просыпайся, приехали.
– Да я не сплю, – отозвался Трофимыч и сел ровнее, – слушаю ваши дебаты.
– Так ты подслушивал! – воскликнула я и шутливо пригрозила ему: – Ай-яй-яй, Трофимыч.
– Вживаюсь в роль, – отозвался он, – в стукачи вы меня уже записали, так что осваиваю смежную, так сказать, профессию.
– Значит, – уточнила я, останавливаясь у магазина «Магистраль», где жил Трофимыч, – ты завтра с утра в школе?
– Обязательно, – ответил он, прощаясь.
– Ты только, Трофимыч, не сразу колись, – подсказал ему Вадик, опустив стекло, – а то он тебя раскусит еще чего доброго.
– Яйца курицу не учат, – гордо ответил Трофимыч и бодро зашагал к дому.
– Ну что, поехали к другой стукачке, – сказала я, трогаясь с места, – может, и ее стукачество нам поможет.
Я достала Катькину записную книжку и нашла адрес Альбины. Пришлось разворачиваться и ехать в обратном направлении. Альбина Агеева жила почти в том же районе, откуда мы только что уехали, только немного ближе к железнодорожному вокзалу. Поднявшийся ветер разогнал нависшие над городом тучи, но светлее от этого не стало. Ночь входила в свои права.
Мы поднялись на лифте на седьмой этаж и вышли на площадке, которая была освещена каким-то тусклым больничным светом. Я посмотрела на лампочку – она была выкрашена в синий цвет и едва пропускала лучи.
Вадим быстро сориентировался и надавил на кнопку звонка. После недолгого ожидания из-за двери раздалось осторожное: «Кто?»
– Чужие, открывай, – уверенно произнес Вадим.
Видимо, Альбина узнала его по голосу, потому что дверь сразу же открылась.
– Вадик, – с приторной улыбкой появилась Альбина в ярко-красном тренировочном костюме, – какая приятная неожиданность.
Улыбка сразу же спала с ее лица, словно ее корова языком слизнула, когда она увидела позади Вадика меня.
– Ты не один… – безо всякого энтузиазма сказала она, – проходите.
– Ты не волнуйся, мы ненадолго, – успокоил ее Гончар, – нужна кое-какая информация. И познакомься с Олей, Катиной подругой.
– Очень приятно, – вымученно улыбнулась она и снова предложила пройти в гостиную.
Я просто расстегнула свою курточку, а Вадим свою снял и повесил на вешалку. Мы прошли и сели на диван, Альбина пристроилась на стуле. Воцарилось неловкое молчание. Я не знала, с чего начать, Вадим, похоже, тоже растерялся.
– Я сейчас чайку поставлю, – Альбина поднялась и направилась на кухню.
– Можно подумать, что вы едва знакомы, – укоризненно посмотрела я на Вадима. – Считай, что так оно и есть, – спокойно ответил мой спутник.
Я поняла, отчего вдруг такая грусть нахлынула на Вадима – он наверняка бывал здесь с Катериной. Вид у него был заторможенно-потерянный.
– Судя по вашей конфиденциальности, – намекнула я на непрошеную откровенность Альбины, выдавшей Катьку, – вы должны быть неплохо знакомы.
– Для того чтобы заложить подругу, – криво усмехнулся Вадим, – достаточно одного желания это сделать и определенной скрытой цели.
– А ты…
Я не договорила, потому что на пороге появилась Альбина с большим металлическим подносом, на котором стояли заварочный чайник, чашки, сахарница, печенье, конфеты и нарезанный кружочками на маленькой хрустальной розетке лимон.
– Вадик, – стараясь держаться непринужденно, обратилась Альбина к моему спутнику, – может, ты за дамами поухаживаешь?
На ее губах расцвела улыбочка. Альбина кокетливо скосила на непроницаемо печального Вадика свои продолговатые темные глаза.
– Чайник сейчас закипит, нальешь чайку? – жеманно произнесла она после краткой паузы, в течение которой, как мне показалось, зондировала его душевное состояние.
Вадик молча пожал плечами и отправился на кухню.
– Спасибо, – крикнула ему вдогонку Альбина.
