— И те официантки тоже? — Тут же спокойно интересуется Ханна, кивая головой в сторону девушки, той самой, что предлагала ей помощь в туалете. Ее безвольное тело, среди других таких же, валяется возле барной стойки. Ноги шатенки неестественно вывернуты, а голова, кажется, держится на невидимых кровавых нитях, что оставил после себя укус потрошителя вампира. Девушка устало прикрывает глаза, — Забудь, — безразлично кидает она, — Плевать, — Форбс тяжело вздыхает, внимательно смотря на парня перед собой, — Ты что, следил за мной? — Ровно спрашивает она.
Дилан выпрямляется, кажется, на секунду теряясь. Он шумно втягивает в легкие воздух, — Нет.
Девушка усмехается, — Значит, я могу идти? — Наигранно-любопытно спрашивает она.
— Нет, — тут же уверенно и, даже как-то нервно, отвечает Деккер, — Прости, но нет, — более спокойно повторяет он.
Форбс через стол резко наклоняется ближе, — Ты исчез после аварии, — спокойно начинает она, — Исчез после того, как чуть не убил меня в моем же доме, — уклончиво продолжает блондинка.
— Мне жаль, — наспех вставляет парень, слабо прикрывая глаза.
— Я хотела найти тебя, — бесстрастно сообщает Ханна, видя, как хмурое лицо Дилана вытягивается от удивления. Девушка издает короткий смешок, — Ребекка даже дала мне несколько адресов в Нью-Йорке, где ты мог быть.
Дилан упорно поджимает губы. Опустив взгляд в стол, он громко выдыхает, словно борясь с чем-то внутри себя. Бармен сглатывает, — Мне жаль, — вновь размеренно повторяет он, поднимая на собеседницу взгляд, — Но больше меня это не волнует.
Форбс непонимающе хмурится, — Я не это имела… — Как-будто оправдывается она, — Я просто… — Блондинка запинается, странно крутит головой, как-будто отгоняя от себя непрошенный мираж. Она пораженно выдыхает, — Прости, — уверенно смотря прямо ему в глаза, язвительно проговаривает она, — А что тебя вообще теперь волнует?
Деккер отрицательно качает головой, — Не надо говорить это так, — недовольно отвечает он, — Так, как-будто виноват я. Я к тебе хорошо относился. Ты этого не заслужила. Ты хотела все разрушить ради него. Ради того парня. Я знаю, я не идиот. Это твоя вина.
Ханна чуть отклоняется назад. Она неверующе-весело смотрит на парня, — Что разрушить? — Непонимающе качая головой, переспрашивает она, — Мы же даже не целовались нормально, — снисходительно кидает она.
Парень резко через стол поддается вперед, раздраженно ударяя ладонью по столу, от чего девушка невольно вздрагивает, — Но я любил тебя! — Восклицает он. Форбс сглатывает. Дилан рвано выдыхает, — И я был предан тебе, — более спокойно произносит он, — Был предан тебе до конца, Ханна. И я мог бы положить весь мир к твоим ногам, тебе стоило только попросить. Но теперь все изменилось, — уверенно отрезает он, — Теперь появилась та, кто этого стоит, — грубо кидает он, расслабленно откидываясь на мягкую спинку дивана
Блондинка не сдерживает пораженного смешка, — Так вот в чем все дело, — понимающе кивает она, — Тогда зачем все это?
— Я помогаю ей, — безразлично пожимает плечами бармен, от чего Ханна хмурится, настороженно выпрямляясь, — А потом мы навсегда уедем из этого проклятого городка, — с явной ноткой удовлетворения в голосе говорит он.
— Как ты помогаешь ей? — Осторожно спрашивает Ханна, — И причем здесь я? — Улыбаясь, нетерпеливо повторяет она.
— Спроси у своего парня, — усмехается Деккер, — Он просто отвратительный человек, — качая головой, пренебрежительно кидает он, — Он не дает ей спокойно жить. И я помогу ей избавиться от его гнета, даже ценой твоей жизни.
Девушка неопределенно хмыкает. Она поддается ближе, расслабленно кладет руки на стол, снисходительно смотря на собеседника, — Боюсь, дорогой, я могу откинутся раньше, чем ты успеешь подписать договор с дьяволом.
— Кэтрин сказала, что ты будешь так говорить, — уверенно заявляет парень, а Форбс чувствует, как у нее от изумления чуть приоткрывается рот, — Она сказала, что ты будешь строить из себя умирающую овечку, — усмехается он.
Блондинка отрицательно качает головой, как-бы отмахиваясь от его слов, — Ты это сейчас серьезно? — Уточняет она.
— А еще она сказала, что Клаусу всегда нравились невинные овечки, — язвительно продолжает Дилан, невзирая на ее слова, — И то, что когда он спустит с тебя всю шкуру, ты ему просто надоешь,— удовлетворенно заканчивает он.
Ханна больно прикусывает губу, в надежде подавить рвущуюся наружу улыбку, — Кэтрин, мать его, Пирс, — она слабо кивает в такт своим словам.
— Можешь говорить, что угодно, — ядовито выплевывает бармен, — Она не такая, как ты, она настоящая и искренняя, — на последних словах, когда он говорит о вампирше, его голос значительно смягчается.
Девушка любопытно склоняет голову набок, — Хочешь дружеский совет? Беги отсюда, как можно дальше, — Деккер показательно фыркает, — Я серьезно. Клаус убьет тебя, как только увидит, — она издает приглушенный смешок, — И, поверь, Кэтрин тебе не поможет, — уверенно проговаривает Форбс, — Ты для нее лишь расходный материал – кусок мяса, который можно кинуть в пасть льву.
