С Муцуми Мадокой.
— Не может быть! — узнав, что Мадока и Мэри знакомы, Мариа не смогла сдержать эмоций. — Невероятно… Но в таком случае ее интерес к тебе, Сю, с самого начала объяснялся желанием подобраться поближе к цели?
— Вы правы. Абсолютно бездушное создание! Во мне ее привлекали только мои связи с Библиотекой. — Сю печально вздохнул. — Мы встретились около месяца назад, вскоре после моего возвращения в Японию. Как раз когда стало известно о том, что в Подводную библиотеку будет передан известный всем дневник. Причем столкнулись по чистой случайности, в книжном на привокзальной площади. Я раздумывал, не купить ли один фотографический альбом, а потом увидел, что альбом кто-то взял в руки. Это была она. Этакая встреча, уготованная судьбой, не находите?
Он обернулся к Мэри, лицо которой все еще искажала сердитая гримаса, и заговорщически ей улыбнулся:
— Но, к сожалению — а может, к счастью, — для таких людей, как мы, случайностей не существует. Я был в курсе, что эта особа уже несколько дней сидит у меня на хвосте. Поэтому, можно сказать, срежиссировал нашу «случайную встречу» и использовал ее как повод для знакомства… но поначалу никак не мог сообразить, с какой целью она пыталась ко мне подобраться. И тут со мной связался Дональд, который вел переговоры о передаче дневника.
— Дональд… В смысле, Дональд Ритц, исследователь старинных рукописей?
— Он предупредил, что с Научно-исследовательским институтом, причастным к обнаружению и обнародованию дневника, лучше держать ухо востро. Что институт, похоже, как-то связан с Ральфом Дакуортом и втянут в политические игры вокруг президентских выборов. Похоже, поэтому дневник и решили передавать на хранение в Подводную библиотеку — чтобы до него никто не сумел добраться…
Сю опять вздохнул.
— Мэри, мне известно о том, что вы тесно сотрудничаете с одной из дочерних компаний «Дакуорт Групп». Обнаружив этот дневник, вы решили, что вытянули счастливый билет. Еще бы, рукопись, которая проливает свет на темную сторону личности всенародного героя Шона Фергюсона и описывает его преступления! Вы предложили обнародовать ее политическим противникам Фергюсонов, сторонникам Ральфа Дакуорта. А взамен, скорее всего, попросили оказать поддержку вашему научному центру или еще что-нибудь подобное.
— Н-не все так просто. Думаете, можно простить описанные в этом дневнике злодейства? Но прикрывать историю притеснений и зверских убийств местного населения трогательными сказочками — это, знаете ли… А… а похищение Банги? И здесь не обошлось без Фергюсона! Ведь Бангу мучают, чтобы вытянуть из Рауры заявление о том, что дневник поддельный… Но нет… нас грубой силой не возьмешь!
— Вы сами действуете точно так же! Вы точно так же поступили с Раурой.
Услышав слова Сю, Мэри, а вслед за ней и Раура застыли, пораженные.
— Вы пытаетесь вызвать в бедной девушке, которая находится в центре всеобщего внимания, чувства недоверия и ненависти, и все ради того, чтобы лишить образ Фергюсона героического ореола. Вы же отравляете ей душу… Чем вы лучше тех белых колонистов, что вторглись на их земли?
— …
— Если все это выплывет наружу, урон понесет уже сторона Дакуорта. К тому же мы узнали, что на переплет для дневника использовали не человеческую кожу, а свиную. И Раура теперь уверяет, будто дневник ненастоящий. Сторонникам Фергюсона такой расклад только на руку, они наверняка скажут, что это вы хитростью и сладкими речами заморочили бедным дихатси голову. Будьте умнее, не лезьте к дневнику, пока не натворили еще больших бед.
Лицо Мэри побагровело. Видимо, осознав, что в сложившейся ситуации всё против нее, она резко развернулась и направилась к выходу. Мариа ничего не сказала, но поспешила догнать гостью. Ведь без сопровождения библиотекаря ни попасть в зал, ни выйти из него невозможно. В одиночку непрошеный гость даже входную дверь в Библиотеку не отыщет. На самом деле это, пожалуй, лучшее место для книги, которую нужно спрятать от мира.
Мэри замедлила шаг, остановилась и оглянулась на Рауру.
— Ты раскаешься в содеянном! Ты сама, собственной рукою похоронила правду коренных американцев.
Раура ничего не ответила. И Мэри, следуя за Мариа, покинула зал. Когда она скрылась, Раура, не выпускавшая дневника из рук, крепко прижала его к груди.
— Простите, что причинили вам столько беспокойства. Я увезу дневник обратно. Не годится держать в такой Библиотеке «подделки».
С этими словами она тоже развернулась и пошла к двери.
Но тут раздался голос Такуицу:
— Наш долг — хранить и оберегать ценные исторические источники.
Услышав японскую речь, Раура удивленно обернулась. Мимори тут же перевел ей слова Госики.
— Здесь, в Подводной библиотеке, мы сохраним эту рукопись. Чтобы вы могли продолжить борьбу.
Выслушав старика, Раура удивленно округлила глаза. Сю чуть заметно кивнул:
