— Помните, Шон писал, что поступил так же, как делают дикари? В смысле, скальпировал… снял кожу с головы поверженного врага. Именно поэтому Мэри предположила, что дневник могли обтянуть человеческой кожей, с которой удалили волосы. Но она ошиблась, — Раура спокойно продолжала, хотя речь шла о вещах далеко не приятных. — Как, вы думаете, этот дневник оказался у моих предков? Лишившись Ондзо, дихатси во главе с младшим братом погибшего вождя, Сувакой, напали на военный лагерь белых людей, которыми командовал Шон Фергюсон, и в последний раз вступили с ними в бой. Тогда-то все и случилось… Фергюсон проживал в отдельном бараке. Сувака, воспользовавшись всеобщей сумятицей, ворвался в его жилище.
Раура неожиданно устремила взгляд куда-то вдаль. Перед ней клубился рой снующих по терминалу людей, и ничего более, но в ее глазах словно отражалась залитая кровью земля далекой родины.
— Там он нашел кожу, снятую с головы нашего героя, Ондзо, и вместе с ней — головной убор из перьев. Этот венец имел право надевать только вождь племени дихатси. Все это… стояло на столе, как украшение. Белые люди не только вторглись на наши земли — ибо этого им показалось мало, — они убили нашего вождя и осквернили его останки!
В голосе девушки зазвенел металл. Показалось, будто вокруг нее одной закружил сухой ветер.
— Суваку затрясло от ярости. Ведь, если оставить все как есть, дух Ондзо никогда не возвратится на родную землю. Поэтому он велел самому юному своему воину как можно быстрее вернуть останки Ондзо в поселение дихатси. А после… Сувака и все его люди погибли. Белые люди двинулись к поселению дихатси… и согнали оставшихся — а оставались-то только женщины, старики и малые дети — на бесплодные пустоши, при этом обращались с ними хуже, чем с псиной.
Раура сурово посмотрела на Мимори и Сю. В глазах ее полыхало такое яркое пламя, что возникало желание отступить назад.
— С тех пор в нашей жизни ничего не поменялось. Мы до сих пор существуем в нечеловеческих условиях.
— …
— В кожу Ондзо, которую юный воин вернул в поселение, был завернут этот дневник. Шон поставил дневник на столе стоймя и накрыл его снятым скальпом, чтобы боевой трофей был виден всем, прямо как товар на прилавке шляпного магазина. Когда белые люди, убившие Суваку, вторглись в поселение дихатси, мои предки, не желая еще раз терять своего героя, надежно спрятали останки Ондзо. Разумеется, спрятали они и дневник. А затем в память о трагедии нашего народа, оказавшегося в резервации, покрыли дневник, который попал к ним вместе с останками вождя, вышитым узором.
— Узором? Речь об орнаменте на задней стороне обложки?
— Черные нити вышивки — это волосы Ондзо.
У Мимори в легких внезапно закончился воздух. Он невольно застонал.
— Получается, использовали не кожу Ондзо, а волосы…
— Да. Но об этом не знает даже Фергюсон. И если он все-таки нарушит обещание, я отправлю на генетическую экспертизу волосы, которыми прошита обложка дневника. И уже потом, получив доказательства того, что волосы принадлежат члену рода Вуф, выступлю с официальным заявлением. А вдобавок пожалуюсь, что вынуждена была назвать дневник фальшивкой из-за давления со стороны Фергюсона.
Плохо верилось, что все пройдет настолько гладко. Видимо, в лице Мимори слишком отчетливо проявилось сочувствие, поскольку Раура при взгляде на него не выдержала и расхохоталась.
— Мимори, ну что за гримаса! Понимаю, звучит неправдоподобно. И все-таки мы не совсем беспомощны. Нам требовалось оружие, чтобы отстоять свою гордость. Поэтому… я очень обрадовалась, когда мистер Госики, а затем ты и Сю подтвердили, что сбережете дневник. Я благодарна вам. Пожалуйста… защитите наше будущее. Прошу вас.
Не сводя с Мимори глаз, Раура протянула ему руку. Он ответил рукопожатием.
— Мое путешествие в Японию получилось коротким, но я рада, что побывала здесь. Надеюсь, мы еще когда-нибудь увидимся. Ах да! Сходите, пожалуйста, на бои Банги!
— И я рад. Обязательно посмотрю, как Банга выступит на чемпионате. Буду поддерживать его за двоих — и за себя, и за тебя.
Раура с улыбкой протянула руку Сю. Тот пожал ее и тоже улыбнулся:
— Еще увидимся, храбрая дочь народа дихатси. Кстати… а кто свел тебя с Фергюсоном?
— Что? — Раура захлопала глазами.
— Вряд ли ты сама с ходу сумела выйти на Фергюсона. Кто-то тебя с ним свел. Я прав?
Раура наградила Сю долгим испытующим взглядом. Потом вздохнула:
— А ты никогда ничего не упускаешь, верно? Да, мне помогли с ним связаться. Знаешь такую организацию — «Ковчег»?
Когда Сю услышал это название, у него слегка дрогнули веки. А Мимори не сдержался и удивленно переспросил:
— «Ковчег»?
Благотворительная организация, которую представляет Ной Грин?
— К нам в поселение часто приезжают сотрудники местного филиала «Ковчега». Какие замечательные люди! И совершенно бескорыстные — хотят, чтобы на земле царили мир и согласие, и пекутся обо всех живых созданиях. Они и дихатси помогают. Занимаются нашим лечением, образованием и ничего взамен не просят. Наверное, вы посчитаете это преувеличением, но мне порой кажется, что Ной Грин… настоящий бог!
