Во время погружения кормовые рули глубины заклинило в крайнем положении «на всплытие». После резких скачков по глубине лодка показалась на поверхности. Повреждение удалось устранить, и лодка ушла на глубину, но противник её все-таки заметил. Через час, при следовании в подводном положении в южном направлении, акустик доложил о шуме винтов эсминца.
Эсминец вел поиск асдиком, и позже на удалении были слышны разрывы 15 глубинных бомб. Лемп погрузился на 80 метров, но затем поднялся на 50 метров, так как запас воздуха высокого давления был невелик. Эсминец занимался поиском лодки до 21:00, после чего его шумы стали удаляться в сторону кормы. Лемп решил рискнуть: всплыть и под покровом темноты покинуть опасное место.
Когда U 30 появилась на поверхности, поблизости было замечено несколько кораблей противника. Лемпу удалось скрыться в темноте необнаруженным. Лодка начала возвращение на базу, дав в штаб радиограмму о выполнении задания. Обратный путь занял неделю и прошел без происшествий. 17 января в 17:00 в устье реки Яде U 30 встретилась с линкором «Шлезиен», который пробил дорогу во льду и привел лодку в Вильгельмсхафен.
День возвращения Лемпа из похода на базу совпал с временным закрытием Адмиралтейством порта Ливерпуль из-за минной опасности. С 11 по 17 января 1940 года на минах U 30 подорвались три судна из трех британских конвоев: два из них затонули, а одно, получив серьезные повреждения, было вынуждено вернуться в порт.
На этом беды англичан не закончились, и с 7 февраля по 8 марта мины Лемпа отправили на дно еще три судна. Общие потери от мин U 30 составили пять судов на 27 540 брт потопленными и одно судно на 5642 брт поврежденным. Таким образом, минная постановка U 30 может быть признана одной из самых результативных среди всех, осуществлённых немецкими лодками за время Битвы за Атлантику.
Дениц остался доволен действиями своего подчиненного, о чем свидетельствует запись в журнале боевых действий командующего подводными силами от 17 января 1940 года:
За выполнение этого рискованного задания и торпедирование линкора Лемп получил всего лишь Железный крест 1-й степени. Тем, кто знает правила награждения Рыцарским крестом, это может показаться удивительным, так как в течение войны все командиры подлодок, торпедировавшие линкоры, автоматически становились кавалерами этой награды. В январе 1940 года Лемп крест не получил, и тому могут быть две причины.
Во-первых, Дениц мог не представлять командира U 30 к награде из-за неотработанности самих правил награждения Рыцарским крестом. На тот момент его кавалером среди подводников был только Гюнтер Прин. Даже Отто Шухарт, потопивший авианосец «Корейджес», не получил такой награды. Поэтому Дениц мог счесть достижения Лемпа «не тянувшими» на Рыцарский крест, который на начало войны был для подводников малодоступной наградой даже в отношении успешных атак линкоров и авианосцев.
Командующий подводными силами Карл Дениц и Фриц-Юлиус Лемп на мостике U 30. Снимок сделан 30 августа 1940 года в Киле, в день, когда Лемпу был вручен Рыцарский крест.
Во-вторых, Дениц мог просто не представить к высокой награде проштрафившегося командира, несмотря на то, что он загладил свою вину с «Атенией» действиями во втором походе. Но, видимо, Лемп был взят на карандаш, и Дениц просто решил выждать. Именно эта причина представляется более реалистичной: Лемп стал кавалером Рыцарского креста 14 августа 1940 года после потопления всего девяти судов на 46 500 брт без учета «Атении». При награждении также учли успешную постановку мин у Ливерпуля и торпедирование «Бархэма».
