А пока Дёницу приходилось делать выводы о несовершенстве торпед и требовать от «производителей» принять соответствующие меры к устранению: «Экспериментальный институт торпедного оружия не уделил достаточного внимания удержанию торпедой заданной глубины хода. Неудачным оказалось и техническое решение конструкции корпуса гидростата, через который проходили рулевые тяги. Гидростат не имел должной герметичности. В ударном взрывателе ударник, воспламеняющий первичный детонатор, двигался не в естественном направлении удара (толчка), а поворачивался при помощи системы рычагов на 180 градусов. При остром угле встречи торпеды с целью рычаги легко заклинивались – и взрыватель не срабатывал. Надо было усовершенствовать конструкцию ударника так, чтобы для воспламенения первичного детонатора он двигался прямо вперед. Изменение направления толчка на 180 градусов также было технически неудачным. Итак, все сводилось к конструктивным недостаткам, которых можно было избежать. Обе эти несовершенные конструкции торпед были приняты на вооружение флота в период между Первой и Второй мировыми войнами».
Руководство подводного флота Германии, отмечая важность срабатывания торпед, подчеркивало, что из-за дефектов торпед, случившихся в боевых условиях, были упущены немецкими субмаринами 17 сентября 1939 г. английский авианосец «Арк-Ройял» и 30 ноября 1939 г. английский линейный корабль «Нельсон», и другие крупные цели. Преждевременные взрывы пущенных с подлодок торпед приводили обнаружению и уничтожению субмарин противником. Так погибли подлодки U-39 и U-27. Дёниц приводит следующую не слишком обнадеживавшую подводников статистику: «Чтобы уточнить эффективность торпед, которые нам приходилось оснащать ударными взрывателями, было рассмотрено 816 попаданий за период с января по июнь 1942 г. 40 процентов кораблей было потоплено одной торпедой, 38 процентов потребовало двух торпедных попаданий и более и 22 процента кораблей ушло, получив от одного до четырех попаданий… эффективность торпед до декабря 1942 г., когда был введен новый магнитный взрыватель типа Р1—2, не превышала эффективности, существовавшей в период Первой мировой войны.
В итоге германским субмаринам, действующим против конвоев в Атлантике, не удавалось потопить даже в условиях, благоприятствующих торпедной атаке, транспорты, – по причине частого отказа торпед (ненадежно работающих магнитных взрывателей). Первые экземпляры более надежного нового магнитного взрывателя, который одновременно мог быть использован и как ударный взрыватель, стали поступать на германские субмарины только в декабре 1942 г., а через семь месяцев на вооружение подводного флота поступила акустическая торпеда, которая самостоятельно наводилась на шум винтов корабля противника. На ее использование Дёниц возлагал большие надежды.
Но по мере совершенствования оружия немецких субмарин командование союзников своевременно использовало эффективные технические меры противодействия.
Торпедные аппараты на немецких субмаринах по тактико-техническим данным не сильно отличались от аппаратов союзников, но при этом имели ряд особенностей – в частности, выталкивание самой торпеды осуществлялось специальным пневматическим поршнем (а не сжатым воздухом), что было важно для маскировки подлодки после выстрела (т. е система беспузырной торпедной стрельбы).
При этом немецкие торпедные аппараты обеспечивали выпуск торпеды с глубин до 22 метров. Немаловажным фактором являлось и относительно небольшое время перезарядки торпедного аппарата (от 10 до 20 минут), что часто позволяло субмаринам произвести повторную торпедную атаку на врага, которая ввиду частого отказа торпед нередко становилась решающей в схватке.
Калибр самих торпед был стандартизирован и принят равным 21 дюйму (533 мм), длина торпеды составляла 7,18 м, масса взрывчатого вещества боевой части составляла 280 кг. М. Морозов в книге «Германские подводные лодки VII серии» приводит следующие тактико-технические данные двух базовых немецких торпед, находившихся на вооружении субмарин. Это были: «парогазовая G7a и «бесследная» электрическая G7e. Обе торпеды имели длину 7186 мм и 280-кг боевое зарядное отделение (БЗО). Торпеды имели различные скоростные характеристики. На G7a могли устанавливаться режимы 44-, 40- и 30-узлового хода, при которых она могла пройти 5500, 7500 и 12 500 м соответственно (позднее дальности хода возросли до 6000, 8000 и 14 000 м). G7e на испытаниях в 1929 г. прошла всего 2000 м 28-узловым ходом, но к 1939 г. эти показатели возросли у нее до 5000 м 30-узловым. В 1943 г. на вооружение поступила новая модификация G7e (ТЗа), в которой дальность удалось довести до 7500 м 29—30-узловым ходом. Обычный боекомплект «семерки» в начале войны состоял из 10–12 G7e и 2–4 G7a.
