Рианоры планировали провести в Кеосе столько, сколько потребуется для полного восстановления сил Акме.
С девушкой всегда были Реция, порой отлучавшаяся лишь для того, чтобы прогуляться с Кицвиланом по нелейскому парку или Кеосу. Плио, сияющая и весёлая, будто лесная пташка, отлучалась из комнаты лишь для того, чтобы укрыться в вышеупомянутом парке. Вероятно, с Лореном, хотя их никто не видел.
Гаральд пришёл к Ринам на второй день и заявил, что дела в Атии требуют от него срочного и личного присутствия.
Это был ранний визит, и Акме, чувствовавшая себя очень плохо всю ночь, ещё спала. Лорен сонно сидел рядом с её постелью.
Целителю стало неудобно, он поднялся, чтобы разбудить Акме.
— Нет-нет! — мягко запротестовал герцог, завёрнутый в черный бархат. — Я не смею допустить, чтобы её целебный сон был прерван из-за меня. Она должна поправляться!
Лорен не мог отпустить его просто так и вежливо осведомился:
— Вы с нею даже не попрощаетесь, герцог?
— Не думаю, что дела задержат меня надолго, — уклончиво ответил тот. — Я скоро вернусь и по возвращении, надеюсь, что ещё застану вас здесь.
Герцог поклонился, бросил на Акме сдержанный взгляд и удалился так стремительно, что Лорен, застигнутый врасплох подобным заявлением, даже не успел окликнуть его.
— Поздравляю, сестрица! — вздохнул он, когда Акме очнулась. — Ты отказала единственному мужчине, которого любила, а он оказался высеченным из камня, поэтому не стал дожидаться твоей благосклонности и сегодня покинул Карнеолас.
Акме оглушено застыла, не в силах найти ответа.
— Навсегда? — наконец, хрипло произнесла она хоть что-то.
— Он даже не пожелал с тобой попрощаться.
Акме отвернулась. Потрясение было так велико, что она почувствовала дурноту. Но брату своей слабости показывать не пожелала. Дико заболела голова.
— Вы оба хороши! — лаконично отозвался Лорен, поднявшись. — Если бы я не видел страданий Гаральда, я бы решил, что все потеряно. Но ты не пожелала поощрить его даже сейчас, когда все закончилось. Даже не знаю, что сказать. Распоряжусь, чтобы тебе принесли завтрак.
И он ушёл, оставив Акме со своими мучительными мыслями.
Она любила Гаральда. До дрожи, до бессонницы, до слез. Полагая, что её ждёт смерть, она отталкивала его, чтобы освободить после своей гибели. Но она чудом избежала смерти, и, выздоравливая, пыталась найти слова, которые заставили бы его простить её, пытаясь хоть как-то исправить то, что натворила. Она не находила ни слов, ни смелости, а Гаральд тщательно избегал всяческой возможности остаться с ней наедине. Кеос был ее надеждой. Встав на ноги, она рассчитывала поговорить с ним, заверить его в своей любви, попросить прощения за свои жестокие слова, но Гаральд уехал, и надежд не осталось.
На четвёртый день пребывания Ринов в Нелее им пришло письмо от их экономки, тётушки Дорин. Оно сообщало о болезни Бейнардия Фронкса.
Когда Акме и Лорен предстали перед государем Арнилом с известием, что им жизненно необходимо уехать, король потрясённо уставился на них.
— Но как же так? — растеряно пробормотал Арнил. — Вы не планировали покидать меня, пока Акме полностью не оправится от своей тяжёлой болезни! Неужто ваш дядя не может?.. — он спохватился. — О да, разумеется. Простите мне мой эгоизм. Мне страшно представить, как он волновался о вас все эти дни.
Арнил вышел из-за своего огромного стола и медленно подошёл к ним. Рины хорошо помнили прежнего хозяина государева кабинета, и вся эта грузная, старая обстановка с пыльными фолиантами, старинной мебелью и старым кожаным креслом не шла молодому, сияющему Арнилу.
— Езжайте, мои дорогие, — вздохнул он, с сожалением глядя на Акме и Лорена. — Но я не прощаюсь с вами. У меня было слишком мало истинных друзей. Это путешествие подарило мне вашу дружбу. Вы стали мне слишком дороги. Я вызову вас на свою коронацию, которая состоится через два месяца. Но если вам будет угодно приехать раньше, я буду только рад. К тому же, у меня есть к вам предложение. Я бы вовсе не желал с вами расставаться. Поэтому я предлагаю вам место в моем Совете.
— Советники? — изумлённо переспросил Лорен.
— Главные советники по вопросам безопасности Архея.
Увидев, как на лицо Акме легла тень неодобрения, Арнил поторопился воскликнуть:
— Прошу, подумайте! Я нисколько не тороплю вас с ответом! Его Высочество Густаво желает забрать вас в свой Совет, и выбор лишь за вами. Вам, спасителям Архея, я обещаю вечное уважение и защиту Карнеоласа. Помимо мест в карнеоласском Совете я дам вам титул графов и земли.
Выражение лица Акме нисколько не смягчилось, Лорен не улыбнулся.
— Это меньшее, что я могу сделать для тех, кто рисковал своей жизнью для нашего спасения, — пробормотал Арнил. — Меньше всего на свете я желаю потерять ваше расположение.
— Благодарю вас, Ваше Величество, — наконец, смягчился Лорен, поклонившись. — Это честь.
Акме сделала глубокий реверанс.
