— Более я вас не задерживаю, — сказал Арнил, повеселев. — Я бы не желал, чтобы вы покидали меня. Но, смею надеяться, вы сжалитесь надо мною и прибудете раньше намеченного срока. Если нет, извольте быть через шесть недель на моей коронации. С ответом.
Все трое смущённо помялись перед разлукой, но король вдруг подошёл к ним ближе, обнялся с Лореном и Акме.
— Моей отец был хорошим королём, — сказал Арнил. — Ему выпало счастье управлять таким государством. Но он и в половину не был так счастлив, как я. Ибо он не путешествовал в Кунабулу. Вместе с вами.
— Уверена, ты, Арнил, — вдруг прошептала Акме, позволив себе вольность обратиться к королю не так, как подобает, — будешь королём не хуже. Карнеолас ждёт расцвет.
Услышав своё имя, произнесённое устами Акме Рин, молодой король просиял.
Лорен и Акме собрались быстро. Арнил предоставил им карету и охрану в пять десятков воинов, но Рины, испугавшись подобной чести, приняли лишь карету, ибо все еще слабая Акме и маленькая Августа не выдержали бы трех дней верхом. Карнеоласская охрана, сопровождающая столь роскошную и неизвестную карету, взбудоражит всю Кибельмиду, и они сочли разумным вернуться домой тихо и незаметно.
Брат с сестрой не теряли ни минуты. Акме предложила Реции и Плио погостить у нее в Кибельмиде, но зараколахонка, бросив на Кицвилана косой, полный надежд взгляд, ответила, что останется в Кеосе до тех пор, пока это будет возможно. А Плио сдержанно поблагодарила Акме и пообещала, что воспользуется приглашением, как только сможет.
Акме не видела, как Лорен прощался с принцессой, и не посмела осведомиться об их будущих планах ни у того, ни у другого.
— Мы не прощаемся, друзья, — говорила Акме, когда этим же вечером была подана карета, а старые друзья вышли проводить Ринов и маленькую Августу.
Здесь были Авдий Веррес, смягчивший своё к Ринам отношение после столь блистательной победы, Буливид Торкьель, Элай Андриган, Хельс, довольный Руфин Кицилан, капитан Цере, Реция, Плио, скромно стоявшая в стороне, кронпринц Густаво и Его Величество Арнил.
— Не прощаемся, — кивнул Густаво. — Если вы не пожелаете приехать, государь Карнеоласа самолично вытащит вас из дома, а я помогу. После коронации вы обязаны побывать у меня.
— Честь для нас, — отвечали брат с сестрой.
— Нам с вами есть что обсудить, — сказал Арнил, помогая Акме залезть в карету. — Я рассчитываю на поддержку госпожи Августы, — он обаятельно подмигнул девочке.
— Я не подведу вас, Ваше Величество, — важно произнесла сидевшая в карете Августа и кивнула головой, изображая поклон.
Пожелания и другие приятные слова были произнесены, и вскоре карета со знаменитыми братом и сестрой скрылась за поворотом.
Государь Арнил долго глядел им в след. Без Гаральда Алистера и Рианоров молодой король почувствовал себя бесконечно одиноким. Он вернёт их.
— Главные Советники по вопросам безопасности? — изумлялся Лорен, пока карета, сокрытая ночью, мирно катила на юго-восток. — Что за вздор? Они желают обезопасить себя, связав нас титулами и документами! Это немыслимо!
— Велика ли разница, братец? — вздохнула Акме, мысли которой крутились вокруг атийского герцогства; она осталась с Лореном и Августой, ей теперь не нужно было выдавливать улыбки. — К кому они обратятся, если не к нам в случае беды? И Нодриму, и Карнеоласу удобнее иметь нас при себе, нежели ехать в Кибельмиду. Отныне они будут нас сманивать. Каждый на свою сторону. Если мы вздумаем согласиться, надлежит поставить условие, что вся эта кутерьма не будет распространяться на наших детей, если таковые будут.
— Слишком щедро подношение, неправда ли? Сделать баронов графами.
— Разве мы не заслужили этого? — задумчиво пробормотала Акме, поправляя одеяло спящей Августы. — Хотя, признаюсь, титул графини подойдёт мне столь же, как корове седло.
— А титул герцогини? — вкрадчиво осведомился Лорен, и девушка бросила в него свирепый взгляд.
— Хватит, брат. Никаких Карнеоласов и Атий больше. Я уеду, как только приду в себя.
— Куда это? — опешил Лорен.
— На побережье. С Августой. Сниму дом. Или попрошу дядю выдать мне необходимую сумму из приданного. Пойду работать в местную больницу.
— Пожалуйста, не начинай.
— Не возражай мне. Хочу забыть обо всем и начать новую жизнь. А тебе удобнее принять предложение нодримцев, о котором упомянул Арнил. Не сомневаюсь, что добрый и простой Густаво задумал превознести тебя до графа и советника из-за своей обожаемой сестры Плио. Едва ли государь Весхельм разрешит своей дочери выйти за барона. К тому же, эрсавийского.
— Густаво разрешит, — пожал плечами Лорен.
— А Весхельм лишит её земель.
— У меня есть деньги и земли. Едва ли отвечающие потребностям королевской дочери, но…
— Так ты сделал ей предложение! — воскликнула Акме, подавшись к брату.
— Сделал, — ответил тот, покраснев. — Я не желаю, чтобы Плио порвала со своими родными из-за меня.
— Ты не просто барон, братец. Ты — живая легенда Архея.
