Володя поддакнул. Я не успел.
– Что за склад такой в помойке для морга? – Бабка странно прищурилась. – Здесь до войны мертвецкая стояла. Да вот же она, родная! – слуга Люцифера радостно показала скрюченным пальцем на соседние развалины. – А в эту яму разный мусор из морга сбрасывали. И не только мусор, кхе-кхе. А вы тут копаетесь. Покойников ищете? Ну вы даете, молодежь! Смелые, засранцы!
Молодежь обмерла. Тишина стояла гробовая. Заглохли кузнечики. Умолкли птицы. Облака придержали свой ход. Время остановилось. А потом…
Никогда в жизни я так не бегал!.. Смелые засранцы сдристнули с раскопок в мгновение ока. Славка летел с ломом наперевес, как рыцарь без страха и упрека. Володя несся во весь опор, не забыв прихватить лопату. Юрка просто растворился в воздухе.
Бежали мы все в разные стороны.
Бабка тихо исчезла без следа. Никто из нас больше ее не видел.
Бате про свое фиаско я не сказал. Он вообще не знал о раскопках.
После этого я несколько дней избегал общения с абордажной командой.
Яму мы так и не зарыли. Больничный двор я потом долго обходил стороной. Дядя Бэ кое-как с божьей помощью сдал историю и перешел в следующий класс. Володя уехал в другой город. Юрка надавал Пашке по шее за «запорожец» из морга. Славка начал читать «Остров сокровищ». Серёга, услышав про морг и помойку, поклялся больше с нами ничего не копать.
Спустя время я все-таки решил узнать, был ли реально подземный ход в ханской усадьбе. И если да, то где и что с ним стало.
В местном музее помочь ничем не смогли. Никто и никогда не обращался к ним с такими вопросами. И ни одного документа про секретный туннель в хранилище не имелось. После революции хан (который на самом деле был князем) уехал за рубеж и там упокоился. Ни от кого он под землей не бежал. На месте его усадьбы стоит поликлиника. Старый морг давно разрушен.
Позже мы с пацанами обследовали речной берег и не нашли ничего похожего на выход из подземелья. Следов конюшни тоже не обнаружили.
И «контрольным выстрелом» в городскую легенду стал котлован. Во дворе больницы начали строить новый роддом. Экскаваторы вырыли большую прямоугольную яму. Котлован разместился аккурат между помойкой у морга и речкой. Глубиной он был не меньше шести метров, в длину метров восемьдесят и в ширину где-то сорок. Если провести прямую линию от морга до водоема, то, как ни крути, любой подземный ход шел через котлован. Мы тщательно изучили его вдоль и поперек. Ничего! Никаких следов и даже намеков.
Казалось, на этом всё. Платон мне друг… и всё такое.
Но тут очнулся Собачья Свадьба.
Прошло несколько лет с нашего фиаско. Мы подросли и уже курили открыто. Серёга готовился к Олимпиаде по истории родного края. И кто-то из старых преподов сказал ему, что у хана и вправду был потайной ход. Там, где сейчас больница. Но каган им не пользовался. Точное место начала подземелья никто не знает.
Когда Серёга примчался к нам с эксклюзивом, Славку пришлось оттаскивать от «историка» за уши.
– Я тебя зарою в том ходе! – кричал Череп. – Мы всю больницу облазили. Нет там ничего, одни морги да мусорки. Я три дня помойку копал! А ты, гад, тогда смылся и нас всех оставил.
Серёга понял, что дорога ложка к обеду и больше к этому вопросу не возвращался. Я тоже.
И главное. Батя не помнит, чтобы говорил мне когда-то про подземный ход.
Из всех городских улиц наша всегда чем-то выделялась. То пацанам взбредет в голову играть в Робин Гуда, и все усердно мастерят себе луки со стрелами…
То Серёга надумает делать блиндаж, и мы, сопя от натуги, роем для этого яму…
А однажды Славке купили велосипед.
Счастливчик неделю ходил героем. Каждый из нас старался хоть чем-то ему угодить, чтобы в награду Славка позволил прокатиться на своем «Уральце». Со стороны это смотрелось довольно комично. Пацаны наперебой предлагали Славке стрельнуть из лука, отведать яблоко, сделать рогатку и тому подобное. Я же принес ему тарантула.
Раньше никто из наших таких пауков не ловил, поскольку считалось, что их укус смертелен. Батя научил меня охотиться на них чуть ли не с пеленок, и потому я с улыбкой встретил восхищенные взгляды сотоварищей. Пока они осторожно вертели в руках банку с тарантулом, я наслаждался ездой на велосипеде.
Вообще, у нас было много приключений – смешных и не очень, опасных и добрых. Но особенно мне запомнился один трагичный и в то же время потешный случай.
Как все нормальные советские дети, мы обожали играть в прятки. Обычно забава проходила в Вовкином дворе с кучей потайных мест. Надо отметить, что дворы на нашей улице представляли собой не просто участок с домом и хозпостройками, – это был целый мир. У одних (например, у меня) обычно в саду рыли окопы, у других (у Серёги или Вовки) играли в войну или прятки, а у Славки почти всегда рубились «в помещика». Это сейчас особняки наглухо закрыты высокими заборами и сплошь облеплены видеокамерами. В наше время на любой улице ребятня собиралась в частных дворах беспрепятственно.