Люди в погонах и с дубинками в руках мигом рассеяли наше войско. Лёпу забрали. Васька куда-то пропал.
Стояние на Угре подошло к концу.
Расстроенные спартанцы неспешно держали путь к дому.
– Надо на борьбу записаться, – предложил Саврик. – Мы же вообще драться не умеем. Я ни разу не бил человека ногой по башке. А так хотя бы кидать людей об асфальт научимся.
– А я бы лучше на карате пошел, – мечтательно сказал Славка. – Можно кулаком кирпичи ломать. Никто не рискнет с нами связываться.
С третьей школой больше не ссорились. Впоследствии была версия, что никакой драки вообще не планировалось. Пацаны хотели собраться, покричать, выпить пива и общей ордой окружить вторую школу. Поглумиться над местными партизанами, покрасоваться перед девчонками и разойтись.
Все это были шалости. Через несколько лет город падет под копытами коней и колесами тракторов МТЗ-80. Соседний совхоз и все его отделения объединятся и, словно монголы, начнут свои набеги на Китай. Захватчиков было на удивление много. Одна их школа выдавала на-гора десятки крепких бойцов всех возрастов и разной степени дерзости. Но это будет потом.
Спустя год после несостоявшейся «брани» в городе открылись первые видеосалоны и подпольная секция карате. Тренировки здорово пригодились нам позже.
И это уже совсем другая история.
– Так, ребята! Вы теперь пионеры, с вас спрос нынче другой, – начала собрание наша классная руководительница.
Галина Мартыновна учила нас уже третий год. Мы ее уважали и немного побаивались.
Недавно лучших из однокашников приняли в пионеры. Еще не весь класс, а только избранных – отличников, активистов, спортсменов. В число элиты попал и я. В первый класс я пришел, уже умея читать, поэтому весь год откровенно скучал на уроках. До третьего класса учился по инерции, сильно не напрягаясь. А еще иногда здорово пригождались знания из атласа мира.
– Надо выбрать председателя совета отряда, заведующих сектором порядка, сектором учебы, политинформатора, – продолжала Галина Мартыновна.
Я не хотел быть никем из них. В нашем классе учились хулиганы со всего города. Им сектор порядка был нужен, как мне выкройки из журнала «Бурда».
На удивление, выборы шли азартно и громко. В числе пионеров было несколько сорвиголов. За место председателя отряда развернулась целая баталия. Путем голосования им стал вице-чемпион класса по дракам. Сам чемпион еще не мог участвовать в выборах, так как в пионеры его пока не приняли. Бронзовый призер школьных боев получил титул организатора спортивных дел. Девчонки довольствовались вакансиями заведующих секторами порядка, учебы, помощи младшим и тому подобное.
Я уже собрался идти домой лепить из пластилина.
– А политинформатором предлагаю выбрать Женю, – прозвучал голос классной руководительницы. – Это очень важное дело. Большой портфель. Тут абы кого ставить нельзя.
Одноклассники уважительно притихли.
Я вежливо начал отказываться, но вредная соседка по парте Чика (кстати, еще не пионерка!) прогундела:
– Ну, ты же про Ихтиандра читал, вот будешь политинформатором.
В последнем слове Чика сделала три ошибки.
Пришлось выписывать газету «Пионерская правда». В ней печатали статьи с пометкой «Тебе, политинформатор». Вся моя работа сводилась к тому, чтобы во вторник после первого урока трое одноклассников выступили перед остальными с новостями о политике. Перемена специально удлинялась до пятнадцати минут вместо обычных десяти.
Задача найти желающих выйти к доске и рассказать, что происходит в мире, была не из легких. Мало кто хотел участвовать в столь ответственном деле. В основном выручали девчонки и самые тихие пацаны, кто в иерархии класса являлся планктоном. Хищники наотрез отказывались читать по бумажке мировые новости. Если бы это были спортивные известия, еще куда ни шло. Но статьи о Рональде Рейгане или Маргарет Тэтчер абсолютно не котировались.
С другой стороны, обвинять одноклассников в пассивном отношении к политинформации тоже не хотелось. Даже тогда, в начальной школе, нам было неясно, зачем нахалятам знать, кто с кем и где воюет на другом полушарии.
В четвертом классе я продолжал оставаться с «важным портфелем». Классная руководительница у нас уже была другая. Галину Владимировну тоже тяготило это мероприятие. Она лишь однажды сделала замечание, спросив, почему в политинформации участвуют одни и те же девчонки.
– Они что, самые ответственные, или остальным безразличны мировые события?.. Женя, в следующий раз пусть выступят мальчишки.
И назвала несколько фамилий. Между собой мы общались строго по кличкам. Пончик входил в тройку лучших драчунов класса. Предлагать ему прочесть по слогам новость про убийство Улофа Пальме было безнадежной затеей. Бес прекрасно стоял на воротах, получал грамоты на городских турнирах, но читал еще хуже Пончика и не отличал Швецию от Швейцарии. Поп был пионером, неплохо учился, однако выступить на политинформации отказался сразу. И показал крепкий кулак. Спорить с ним не хотелось.
На выручку пришли более спокойные троечники.