Чук согласился на пару минут позора в обмен на домашку по русскому. Немец Витёк попросил помочь ему с литературой. Наш человек! И на закуску остался мой бывший сосед по парте Саня. Добряк зубрил вырезку из газеты «Советская Россия» все утро и первый урок. В нем я не сомневался.
На политинформацию должны были прийти завуч или директор. Галина Владимировна попросила класс не ударить лицом в грязь. Наши выступавшие держались пока уверенно. Математичка, проводившая первый урок, даже огорчилась, что ее подшефный класс «так не умеет». Мы загордились.
Прозвучал звонок на перемену.
Спустя некоторое время в класс вошла завуч Людмила Петровна. Ее боялись даже самые отпетые хулиганы. Она могла так рявкнуть, что трескалась штукатурка.
– Ну-с, четвертый «Б». Что вы нам сегодня расскажете о ситуации в мире?
Первым к доске пошел Чук. Он должен был сообщить о провокациях на границе между Индией и Пакистаном. Начал Чук бодро. Вот только завуч заметила в углу кабинета свернутую географическую карту. И попросила Чука развернуть ее и показать чертову границу…
Бедняга не знал, что делать. Географию мы только начали изучать, причем до стран еще не дошли. Но завуч могла заорать в любую минуту, поэтому Чук наугад ткнул пальцем куда-то в сторону Китая.
– Мимо! – торжествующе улыбнулась Людмила Петровна. – Ну, ладно. Простительно.
Следующим пошел Витёк. Он поведал классу о том, что Ирландская революционная армия совершила очередной теракт. Витька не просили показать на карте Ирландию. Но задали вопрос, почему ИРА воюет с англичанами. Немец Витёк не различал Ирландию и Исландию и ответить не смог. Его пожурили.
И напоследок выступал Саня. В нем я был уверен. Приятель держался молодцом. Он бодро рассказал, что в одном из баров Лос-Анджелеса решили открыть Общество средних. В него принимали мужчин весом от 70 до 75 кило при росте 173 сантиметра. Якобы американские ученые рассчитали, что в случае атомной войны наиболее высокие шансы выжить имеются у таких особей.
Завуч и Галина Владимировна озадаченно молчали. Класс притих.
Я ожидал экзекуции.
– Саша, где ты нашел эту необычную информацию? – спросила у балбеса классная руководительница.
Тот приосанился, подтянул штаны и с важным видом ответил:
– Жека дал. Он вообще молодец.
Завуч вперила в меня тяжелый взгляд. Я съежился.
– Что за чушь я сейчас услышала? Какое Общество средних? Что еще за бар?! Галина Владимировна, странная какая-то у вас политинформация…
Потом, чуть помедлив, Людмила Петровна добавила:
– Но веселая.
И громко рассмеялась.
Мы выдохнули.
На разборе полетов я отбил все претензии. Вышло по-дурацки: Саня прочитал вырезку не с той стороны. В газете «Советская Россия» был раздел «Интеркурьер». В нем печатались разные бредни со всего мира. И по идиотскому стечению обстоятельств новость о переговорах по сдерживанию ядерной угрозы между Горбачевым и Рейганом была напечатана на другой, «правильной» стороне вырезки. Сосед по парте, конечно, сильно мне удружил…
В конце классного часа, посвященного нашему фиаско, я обратился к Галине Владимировне с интонацией сэра Генри Баскервиля – «Можно я уеду отсюда? Здесь очень страшно». На самом деле я попросил освободить меня от «большого портфеля». Просьбу с трудом удовлетворили.
… А через несколько лет пионерия тихо ушла в небытие.
Как-то погожим летним днем батя вынес из сарая складной нож и начертил на земле большой круг. Далее он разделил круг на две половины. Потом подозвал меня и объяснил правила игры. Она называлась «в помещика».
– Ты должен бросить нож так, чтобы он воткнулся в землю на моей половине и не упал. Если нож упадет, бросаю я. Вот смотри… Только отойди на всякий случай.
Батя взял нож за лезвие, примерился и резко метнул. Нож перевернулся в полете и вертикально вошел клинком в «мою» землю.
Это было красиво.
– Теперь я должен нарисовать линию от места, куда попал нож, до границы круга и до границы моей территории. Получается, я разделил твои владения на две части. Одну из них я заберу – ты должен выбрать, какую именно. Важно при нарезке не коснуться твоей земли, иначе ход перейдет к тебе и мой бросок не будет засчитан. Победит тот, кто захватит больше всего владений. Можно играть на время, на количество бросков, или пока не останется один помещик. Понятно?
До вечера я пытался воткнуть нож в землю. Батя показал, как держать его за острие и вращать кистью. Нож должен сделать в полете один оборот и войти клинком. При броске держаться за рукоятку было нельзя.
Через несколько дней я уже неплохо метал нож и захватывал территорию. Батя продул пять раундов подряд и больше не пытался отыграться.
Пришла пора научить друзей новой забаве.
Пацаны встретили меня настороженно.
– Детям нельзя играть с такими вещами, – Славка опасливо потрогал старый складной ножик. – Можно порезаться. Мы еще маленькие.
Нам было по восемь-девять лет.
Все же я показал друзьям пару бросков. Саврик попробовал повторить. У него получилось. Дальше – больше. За вечер пацаны неплохо поднаторели.