Вопросы без ответа, рано или поздно они начнут вычислять, сколько будет дважды два. И даже если у них получится при этом скорее семнадцать, чем четыре, они ясно разглядят связь между Михаэлем, Вольфом и событиями прошлой ночи и год тому назад. И ему нужно придумать очень правдоподобную историю, чтобы они от него отстали
Если бы у него в руках был дневник! Но отец забрал его с собой. То, что он бросил его Михаэлю на колени в машине, было просто красивым жестом, к которым отец питал слабость. Но как только они вошли в дом, он снова забрал дневник, и Михаэль даже не попытался вернуть его: в конце концов, он хорошо знал своего отца. Но дневник был ему нужен, и не только для того, чтобы освежить воспоминания, которые возвращались пока лишь отрывочно, а ещё и для того, чтобы знать, много ли известно отцу и во многое ли он верит.
Михаэль ничего не понимал. Он помнил первую часть из подземной одиссей й ещё некоторые вещи: имена, то, что у Хендрика была сестра, и то, что блуждающим огонькам нельзя соприкасаться с водой. А та часть его памяти, где хранились остальные вспоминания о подземной неделе, оказалась погружена в чёрное бездонное озеро, из которого лишь изредка всплывают какие-то обрывки. Некоторые из этих обрывков Михаэль успевал схватить и немного вытянуть их из воды на свет, но они ожесточённо сопротивлялись. И эти зловещие провалы его памяти не ограничивались подземной неделей, даже воспоминания о вчерашнем вечере стали расплывчатыми, как будто после событий прошло не двенадцать часов, а месяцы или годы. Сегодня утром он слышал в гараже странный шум и даже в какой-то момент догадался о его происхождении, но эта догадка тут же ускользнула от него, как рыбка в воде. Его это очень пугало, поскольку он не находил никаких объяснений.
Он отошёл от окна, нерешительно огляделся в комнате, словно ища подсказки, и направился к двери. Он так и не придумал никакой удобоваримой отговорки для родителей, придётся импровизировать, а в худшем случае он скажет правду, навлекая на себя родительский гнев, потому что ведь они ему не поверят. То обстоятельство, что его воспоминания играют с ним в прятки, привело к следующей тревожной мысли: а вдруг того, о чём он якобы помнит, на самом деле не было?
Михаэль отогнал от себя эту мысль, нажал на ручку двери и - замер.
В кармане его брюк что-то шевельнулось. Михаэль глянул вниз и действительно увидел шевеление под тканью джинсов. Похоже, нервы у него совсем расшатались. А может, подумал он с каким-то странным зловещим спокойствием, может, он сошёл с ума. Возможно, огонь вчера вечером был вполне обыкновенный. Вольф просто старый задавака, а машина внизу сгорела оттого, что в канализации что-то взорвалось.
Но если это так, откуда взялся Хендрик? И откуда Михаэлю известно, что солнечный свет опасен для жизни мальчика? Нет, лучше об этом не думать! К тому же Михаэль вдруг вспомнил, что у него в кармане: тот предмет, который ему дал Хендрик. Наверное, та загадочная сила, которая подавляет все его воспоминания, заставила его забыть и об этом предмете. Он сунул руку в карман и достал что-то вроде серого камня величиной с ладошку. Но через мгновение понял, что это. Он быстро отошёл от двери, повернувшись так, чтобы своим телом защитить этот камень от солнечных лучей, и спрятал его в ящик письменного стола. Затем опустил жалюзи, затемнив комнату. Только после этого он снова выдвинул ящик и с волнением взял в руки свою находку.
Этот предмет действительно походил на серый пористый базальт, но теперь, когда Михаэль уже знал, что перед ним, он с каждой секундой замечал новые подробности. Камень был продолговатый и очертаниями, походил на фигурку человека, как будто скульптор только начал работу и сформовал её вчерне. Но было как раз наоборот. Солнце сожгло блуждающего огонька, и кожа его превратилась в серый камень. Однако Михаэль знал, что эти существа очень живучи. Если повезёт, можно будет снова пробудить его к жизни. Но только с большой осторожностью, чтобы при этом не спалить комнату, а вместе с ней и весь дом. Михаэль решил попытаться. И не только потому, что живой блуждающий огонёк мог бы послужить доказательством его истории, но и от жалости. Из всех жителей Подземья блуждающие огоньки были, пожалуй, самые безобидные существа, на уме у них были только игры да смех, и никому они не причиняли зла, разве что кто-нибудь по ошибке их намочит.
В этом и состояла основная проблема. Единственной возможностью спасти блуждающего огонька было его лёгкое увлажнение. Но Михаэль ещё хорошо помнил, что произошло с домом Вольфа.