Все, что Михаэль увидел в следующие два или три часа в этом городе - который, кстати, не имел названия, да и не нуждался в нем, поскольку был единственным, - содержало столько нового и чудесного, что он уже не выказывал удивления. Все было действительно так, как предположил в тюрьме Вольф: этот город со всем своим населением будто попал сюда из раннего средневековья. Но было одно существенное отличие от того, что Михаэль знал о той эпохе, из кино, картин и книг: жизнь здесь не казалась мрачной. Люди были приветливы и веселы, из домов, мимо которых они проходили, доносился смех и радостные голоса. Правда, прежнее впечатление болезненности и бледности лиц осталось, но скоро Михаэль понял, что причина лежит в здешней освещённости, которая хоть и позволяла все видеть, но была очень далека от нормального дневного света. Но, несмотря на эту и некоторые другие особенности, такой город мог бы находиться и где-нибудь на земле. В нем не было ни машин, ни техники. В домах, построенных из камня, окна оставались незастекленными, только иногда на них встречались ставни, и то лишь для украшения. Улицы были вымощены булыжниками, в которых окованные железом колеса повозок со временем пробили глубокие колеи.
Лиза и её брат терпеливо водили Михаэля по городу, отвечая на все вопросы, и сами без конца расспрашивали его. Город был невелик, но густо населён. Михаэль прикинул, что здесь тысячи четыре жителей, а то и больше. И хотя пещера, в которой располагался город, имела гигантские размеры, дома кучно теснились на небольшом пятачке возле скалистой крепости. Впрочем, теснота была вообще характерна для средневековых городов. Однако эта скученность не подавляла и не создавала неудобств. Жители города ничего не имели против близости соседей, даже напротив, эта близость всех радовала. Эта черта была для Михаэля особенно непривычной. Люди здесь не сторонились друг друга, а были будто членами одной большой семьи. На его вопрос Лиза ответила утвердительно: да, бывают и ссоры, и размолвки, есть и суд, разрешающий споры, но ведь это может случиться в любой семье, разве не так?
Они дважды пересекли город и очутились у подножия лестницы, по которой Вольф и Михаэль спустились сюда, Михаэль посмотрел наверх, но Лиза покачала головой:
- Лучше не надо.
- Я понимаю, - сказал Михаэль. - Это одно из тех мест, куда мне нельзя.
Лиза оглянулась на солдат и только потом ответила:
- Я не уверена. Но лучше туда не ходить. Наверху живут Анзон и его солдаты. Не люблю я их.
Михаэль не настаивал, Ему хватило того, что он там уже видел однажды.
- Они постоянно живут в туннеле? - спросил он.
Лиза не то кивнула, не то отрицательно мотнула головой:
- И ещё в крепости, У них и в городе есть своё место, но они предпочитают оставаться наверху, Я думаю, они. нас презирают.
- А тебя это задевает? - спросил Хендрик.
Михаэль обернулся; удивлённый его резким тоном. Во время прогулки Хёндрик немного оттаял и даже непринуждённо болтал с ним, но сейчас Михаэль снова почувствовал в нем враждебность.
- Не смотри так, - сердито бросил ему Хендрик, - Мне эти речи уже надоели. Каждый, кому не лень, ругает Анзона и его воинов. А если бы не они, нас давно бы уже не было в живых.
- Это правда? - спросил Михаэль, обращаясь к Лизе.
- Конечно же нет, - ответила девочка.
- Ах, так? - вспылил Хендрик. - И кто полгода назад на собрании совета внёс предложение сократите армию вдвое и на следующих выборах не давать Анзону места в совете?
Лиза ответила не сразу, но посмотрела на брата враждебно, и Михаэлю стало совестно. Ведь это он затронул больную тему, а ему так не хотелось разжигать ссору между братом и сестрой. Но было поздно. Видимо, они уже не впервые ссорились по этому поводу.
- Их развелось очень много, - сказала Лиза. - И они слишком много на себя берут. К тому же нет никаких оснований содержать такую большую армию.
Хендрик гневно указал на Михаэля:
- Скажи это его людям! Я думаю, они тебя в этом поддержат.
Михаэль сильно огорчился. Он-то думал, что Хендрик не считает его врагом, но мальчик, судя по всему, только притворялся.
- Мы там, наверху, даже не знаем, что вы тут есть, - сердито сказал он.
- Представь себе, верю, - ответил Хендрик. - Если бы вы знали, давно бы уже явились сюда, чтобы нас уничтожить.
- Какая ерунда, - сказал Михаэль.
- Конечно! Из-за такой же ерунды мы здесь очутились, - язвительно парировал Хендрик. - И тогда, если бы не воины, никто из наших предков не выжил бы.
Но ведь это было так давно, - пыталась успокоить его Лиза. - Я верю Михаэлю. Зачем им нас преследовать? Если бы они хотели, давно бы уже сделали это.
- А кто тебе сказал, что они всё это время не искали нас? Может быть, и права и твой друг не шпион и действительно ничего не знает. Но нам все равно необходимы солдаты Анзона. Рано или поздно нас обнаружат. Пусть через десять лет, через сто или тысячу, но они придут, и вот тогда те, кто требовал сокращения армии или даже её устранения, обрадуются, что ещё не перевелись мужчины, владеющие оружием!