Он невольно возвысил голос. На них стали оборачиваться. Риордан озадаченно покачал головой.
– Моя предупредительность была продиктована уважением от младшего по возрасту к старшему. По этой же причине я спускаю вам оскорбление. Но, – он для внушительности поднял вверх указательный палец, – один раз. Всего лишь раз я оставлю ваши слова без ответа. Из почтения к вашим сединам.
Барон от гнева прикусил губу.
– Вы мешаете мне пройти, юноша.
Риордан сделал шаг в сторону.
– Прошу вас.
На его лице промелькнула торжествующая улыбка. Теперь на них смотрели все. В том числе и кружок принцессы Веры, куда направлялся провокатор. Одно дело разыграть неловкость и совсем другое подойти под взглядами людей и выплеснуть им вино на одежду. Первое странно, но объяснимо, а второе просто возмутительно. Охарн проиграл партию, Риордан выиграл. Это понял и барон, хотя и не сразу. Он сделал еще шаг и остановился, осознав, что приковал всеобщее внимание. Взгляды почти всех вельмож, в том числе и принцессы Веры, скрестились на его фигуре. Разве только Унбог смотрел на Риордана, стараясь разобраться в том, что происходит. Телохранитель послал малозаметный жест своему патрону, дескать все нормально, но держись в стороне, не вмешивайся. После чего, следуя параллельно провокатору, шагнул в направлении кружка принцессы. Поняв, что план провалился, Охарн побагровел от гнева, развернулся к Риордану и дал волю эмоциям:
– В чем дело? Почему вы ходите за мной?
– За вами? – удивился Риордан. – Я всего лишь хотел засвидетельствовать свое почтение барону Унбогу и принцессе Вере. Не моя вина, что вы шли в том же направлении.
– А я считаю, что у вас наклонности не только лакея, но и соглядатая!
Это было слишком по любым меркам. Мужчины вокруг, что слышали резкое высказывание Охарна, нахмурились, лица женщин вытянулись от огорчения. Никому в Глейпине не нравилось неподобающее поведение, чем бы оно ни было вызвано. Риордан заметил, что, рассекая толпу словно воду, к ним быстро приближается Накнийр. Помня о предупреждении Кармарлока, на этот раз телохранитель поспешил обострить ситуацию.
– Как я упоминал ранее, только один раз я готов был стерпеть вашу грубость, барон. Но вы оскорбили меня повторно. Так что либо немедленно извиняйтесь, либо вам придется раскаяться в своей несдержанности.
Рука Охарна с бокалом дрогнула, после чего и вино, и посуда полетели в Риордана. Тот с флегматичным видом посмотрел, как расползается по его новому наряду красное пятно, затем заявил:
– Итак, все-таки вызов. Отлично, я его принимаю.
– Сам напросился!
Риордан обернулся и пожал плечами, как бы призывая в свидетели окружающих. Он напросился? Почему? Что он сделал такого?
Накнийр с непроницаемым лицом остановился рядом с ними. Когда Охарн увидел грозного визира, то невольно втянул голову в плечи, а краска мигом сбежала с его лица. Не обращая на барона никакого внимания, Накнийр обратился к Риордану:
– Соблаговоли пояснить, что тут только что произошло.
– Сам не знаю, мой господин. Этот человек, – Риордан кивнул на Охарна, – сначала обозвал меня лакеем, а потом швырнул бокалом с вином. Полагаю, что без поединка тут не обойтись.
Накнийр на каблуках развернулся к барону.
– Основания?
Тот забормотал что-то про услуги, которые никому не требуются. Визир нетерпеливо прервал его:
– Чушь какая-то, – потом отвернул голову, что-то обдумывая, и снова смерил барона уничтожающим взглядом. – Как дела в вашей Воинской школе в Венбаде, Охарн? Неплохо? Вы нечастый гость в столице. И весьма странно, что свое пребывание в Овергоре вы начали таким образом. Впрочем, вы наскочили на противника, который вам не уступает, поэтому я не стану более задумываться над обстоятельствами вашей ссоры. И разрешаю ему получить удовлетворение. Когда желаете провести дуэль?
– В любое время, – ответил Риордан.
– Немедленно, – скрипнул зубами Охарн.
– Отлично. Констебль, – Накнийр обратился к графу Танлегеру, который также подошел к ним. – Отдайте распоряжение, пусть этих двоих проводят в один из маленьких двориков. Туда, где нет ветра и снега.
– Позвольте мне лично, визир, проследить за соблюдением церемонии.
Накнийр кивком подтвердил полномочия констебля, после чего Танлегер поинтересовался у Риордана:
– Кого ты выберешь в качестве секунданта?
– Барона Унбога, если он не против.
– Я готов, – отозвался барон.
– А вы, Охарн?
– Безразлично. Есть желающий составить мне компанию на небольшой прогулке?
Один из гостей, молодой человек в черном бархатном сюртуке, ответил согласием, после чего вся группа двинулась в направлении выхода. Еще несколько гостей захотели посмотреть на поединок, но граф Танлегер решительно отказал им в присутствии.
Пока они шли по коридорам Глейпина, Риордан вполголоса сумел рассказать Унбогу о том, как развивались события. Лицо патрона исказила гримаса гнева, едва он услышал, что целью Охарна был не он, а его возлюбленная.
– Каков мерзавец! – прошептал Унбог.
– Мерзавец? – переспросил Риордан. – Ваше благородие, тут все логично. Со мной связываться они не рискуют, вы тоже в безопасности, пока я рядом.
