Коль улучить из колыбели смогменя Амур, — что делать мне, царица,сейчас, когда в твоих глазах гнездитсякрылатое дитя, нагой стрелок?Меня в бутонах аспид подстерёг,который ныне в лилиях таится,была приманкою твоя Денница,а Полдень твой меня на плен обрёк.Твой свет я славлю голосом печали,как соловей из клетки, чья кручинаи нежность напитали каждый звук.Твоё чело зарницы увенчали,а ясная твоя краса — причинанапевов птичьих, человечьих мук.1603<p><strong>280</strong></p><p><strong>О ПРАЗДНЕСТВАХ В ВАЛЬЯДОЛИДЕ</strong><a l:href="#n349" type="note">[349]</a></p>Арена и трибуны — вешний сад,чьи пёстрые цветы — услада взоров,двенадцати быков тигриный норов —добыча лезвий, яростных стократ,явление двух пышных кавалькад —букет из принцев, грандов и сеньоров,ливреи всех оттенков и узоров —небесной радуги земной парад,здесь каждый конь Фавонию*[350] за брата,чьи удила Перу лишили злата!Но скажет Феб, к иным щитам скользя,чья славится краса, а не обилье:увидеть то, что видишь на Хениле[351],на Писуэрге — и во сне нельзя.1603<p><strong>291</strong></p><p><strong>О ПОЛОТНАХ И РЕЛИКВАРИЯХ ГАЛЕРЕИ, ПРИНАДЛЕЖАЩЕЙ КАРДИНАЛУ ДОНУ ФЕРНАНДО НИНЬО ДЕ ГЕВАРЕ</strong><a l:href="#n352" type="note">[352]</a></p>Кто б ни был ты, усталый пилигрим, —замри пред блеском щедрой благостыни.Сколь ни светло от стёкол в сей святыне, —здесь живопись лучом слепит своим.Под небом Фив[353] ты входишь в вечный Рим, —где славный кардинал Гевара нынеприют от суеты в своей твердынетебе дарит, предел страстям земным.Здесь узришь ты анахоретов лицаи спутников Петрова галеона[354],и древний ларь, где до скончанья днейих ветхая одежда сохранится,а там — придворных неземного трона.Пришелец мой, цветами их увей.1607<p><strong>300</strong></p><p><strong>О ДОНЬЕ КАТАЛИНЕ ДЕ АКУНЬЯ</strong><a l:href="#n355" type="note">[355]</a></p>
Герцогу де Фериа
О мореход придворный, погоди, —ты ко Дворцу плывёшь в слепом задоре,но здесь — второе Средиземноморьеи хор сирен певучих вкруг ладьи.Брось вёсла, от ушей не отводиладоней: что ни голос в нежном хоре —то отмель или риф тебе на горе,и что ни серафим — подвоха жди.Чем звук вернее, тем верней кончина,так музыка сладка и благочинна,что, кажется, не верить ей нельзя...Беги от той, что струны щиплет нежнои, скалы подвигая, безмятежнопоёт, разинь безжалостно разя!1609<p><strong>302</strong></p>Лилеи, кои Солнце с небоскатаплодит весною, словно снег земной,чья возле Тахо на косе речнойиз перлов снедь, а колыбель из злата,и розы, вожделенье ветра-фата,чьи перья треплют трепет кружевной,стремясь у лепестков любой ценойкармина вымолить и аромата, —они любой из ваших стоп навекобязаны своей красой. Не к дланям, —к стопам спешит цветов влюбленный взгляд!Сияньем вашим побежден их снеги утренний румянец, а дыханьем —развеян их небесный аромат!1609
