— Убей его. Бак! Убей его! Убей его! Убей его! Мы молча смотрели друг на друга, она смотрела на нас, и я подумал: «Я бы, конечно, справился с тобой, и не таких кидали! — но не для того я сбежал из Стоунхэвна, чтоб с тобой сводить счеты. У меня другая цель…» — рука моя разжалась, нож выскользнул и упал рядом с девчонкой. Она тут же подхватила его и выкинула в окно, а потом без сил сползла по стенке на пол. Бак так же медленно сел и отбросил ключ:
— А я-то думал, что ты мой друг, Мэнни. Я-то думал, что мы партнеры. Черт возьми… Знаешь?.. Тебе не удастся остановить Рэнкена, когда для этого придет время. Потому что он уже где-то рядом со всей своей дерьмовой сворой. А ты был героем… Ты был героем — для всех нас… Возвращайся-ка ты в эту вонючую дыру… Черт бы тебя побрал, Мэнни!
Может, плюнуть на все? Какое мне дело до этого беглеца? Я должен сделать то, что должен. А отвечать будет Мак. Да еще этот вонючий лягавый…
— Между прочим, это твой промах, Фрэнк, — раздался голос Макдональда. — ! Раньше надо было меня послушаться и пустить его под откос.
Мой шеф до сих пор не заметил, какие я операции с пультом проделываю; и мне пришлось объяснить ему:
— Ну, а мы чем занимаемся? Мы сейчас за… — я осекся, поймав взгляд Мака, и поправился. — Я сейчас заткну их на боковую ветку, и через каких-то пятнадцать минут они сойдут с рельсов… И у нас будет куча металлолома, — тихо, почти про себя добавил я.
Шеф в это время уже нажимал кнопку вызова:
— Станция Элкинс… Станция Элкинс… Станция… Динамик наконец откликнулся:
— Слушай, Элкинс… Валяй, чего у тебя? Макдональд встал в позу командира:
— Джилкрайст! Говорит Макдональд, — и передал микрофон мне.
Нота развязности в голосе дежурного по станции Элкинс исчезла:
— Да, Макдональд…
И почти в ту же секунду я произнес:
— Бэрстоу у микрофона! Макдональд махнул рукой:
— Давай, давай, распоряжайся… Видит бог, он заставил меня сделать это! Вместе с ублюдком-лягавым, который чуть не утопил меня…
— Джилкрайст, слушай меня внимательно, а потом без промедления выполняй приказ. У вас есть около минуты для того чтобы перевести поезд-беглец на заброшенную линию, на ту самую, которой мы уже дано не пользуемся.
В динамике раздалось короткое:
— Понял!
И я, не выдержав, закричал в микрофон:
— Тогда беги!
Мак, довольный, потирал руки:
— Хорошо! Очень хорошо! Молодцы, ребята! — повернулся он к нам. — Теперь мы спасем химический завод! Вот так!
Что можно было ответить этому жизнерадостному кретину?! Я буркнул:
— Зато угробим тех троих…
Лок птицей летел среди снегов Аляски. Ему не мешал мороз. Ему не мешали рельсы. Наоборот, они помогали Локу стрелой вонзаться в чрево гор и, вынырнув из одного тоннеля, он через несколько сотен метров нырял в следующий. Лок был свободен! Его никто не сумел остановить, и никому не удалось укротить его. Он парил от счастья. Пьянящий воздух свободы сводил Лока с ума от счастья, но не помешал ему увидеть в небесах винтокрылую машину, которая стремительно и неотвратимо настигала беглеца.
Господи, когда же это все кончится? Помоги нам, Господи! Спаси нас, пока мы не убили друг друга!! Направь души блудных твоих сыновей на путь истинный. Господи! Не дай нам погибнуть…
