Генри кивнул, а полицейский продолжил заполнять какие-то бумаги. Генри внимательного посмотрел на человека, который проявил к нему доброту. Его нельзя было назвать ментом при всем желании. По нему было видно, что это глубоко порядочный человек, который не позволит себе опуститься до уровня вчерашнего вымогателя. В кабинете полицейского висело много дипломов и наград, которые свидетельствовали о его успешной карьере в правоохранительных органах. Генри с легкой улыбкой подумал о том, что в жизни все точно так же, как в кино, и хороший-плохой полицейский - это не просто образы киношных персонажей боевиков, но вполне реальные люди. Вчера его избивал и сажал в камеру плохой, а сегодня отпускает на волю и дает практически отеческие советы - хороший.
Внезапно в кабинет влетел один из сотрудников отдела полиции и радостно завопил.
— Петрович, связь восстановлена! Сотовые снова работают, по новостям только что сообщили. Можешь уже звонить своей дочке в Германию.
— Спасибо! - Петрович подскочил со своего места, достал из кармана мобильный телефон и набрал номер. - Але, дочка, привет, это папа. Как ты, дорогая? Мы с мамой очень волновались все эти дни, пока связи не было.
Полицейский жестом показал Генри, что сейчас вернется, и вышел за дверь. Сердце Генри вновь взволнованно заколотилось. Сейчас он получит свой мобильник, выйдет отсюда и скорее позвонит Джоди. За прошедшие три дня и одну проведенную в камере ночь он полностью переосмыслил свою жизнь. И почему он не мог сделать этого раньше, не допустив всех произошедших с ним катастроф. Так странно: когда не можешь поговорить с человеком, которого обидел, объяснить ему все свои поступки, начинаешь по другому воспринимать происходящее. Он прочувствовал всю ту боль, которую причинил Джоди. А еще Игорю, Алине Беловой, этому таксисту и, наверное, другим людям.
— Я вернулся.
В комнату вошел довольный "хороший" полицейский, сияя от радости.
— Поговорил, наконец, со своей дочкой. Она у меня живет в Германии, одна там, квартиру снимает. Когда произошла эта авария в Америке, мы потеряли с ней связь. Вы понимаете, Генри, как это тяжело, когда не можешь поговорить с родным ребенком, с твоим самым близким человеком. А ведь она там совсем одна, ей было, наверное, так страшно и одиноко.
У полицейского выступили слезы на глазах, и он попытался скрыть это, продолжив заполнять документы. Генри понимал, что чувствует Петрович, поэтому просто ответил:
— Наконец-то все закончилось.
Полицейский в ответ улыбнулся.
— Можете быть свободны, Генри. Следователь свяжется с вами.
Генри спустился по лестнице к проходной. Там ему выдали его личные вещи. В кошельке он не досчитался трехсот долларов, но решил не расстраиваться по этому поводу. Он хотел поговорить с Джоди как можно скорее. Пока он ожидал выдачи вещей, он увидел репортаж по телевизору о том, что аварию во Всемирном центре управления технологиями удалось устранить менее часа назад. Эта новость, по сообщению корреспондента, уже разнеслась по всему миру и во всех его уголках, где уже наступило светлое время суток, люди празднуют победу.
— Этот день стал настоящим праздником для всех нас, - сказал репортер, - но последствия этого маленького конца света шокируют. Это событие войдет в историю, как три безмолвных дня. По крайней мере, так окрестили катастрофу, которая стала причиной многих трагедий во всем мире. Масштабы произошедшего подсчитать пока трудно, но уже известно, что из-за отключения электронных коммуникаций произошли десятки убийств, сотни людей пострадали от фанатиков и психопатов, помешанных на интернет-общении и играх. Известны случаи самоубийств биржевых брокеров и владельцев крупных корпораций, чей доход на фоне трехдневного кризиса резко упал.
Продолжение сюжета Генри уже не видел. Он взял свои вещи и направился на выход. На улице светило солнце, а воздух, казалось, был какой-то особенно свежий и приятный. Генри взял мобильный телефон и набрал номер Джоди. Никогда раньше ему не было так трудно это сделать, но он пересилил себя. Сердце билось где-то в горле, в висках стучало. Он не знал, с чего начать разговор, хотя ему казалось, что за эти три дня он подготовил настоящую речь, в которой он извинялся и оправдывался перед Джоди. В трубке послышались долгожданные гудки, и Генри услышал голос своей любимой.
— Алло, - едва слышно произнесла она.
— Джоди, милая, это я, Генри. Девочка моя, мне нужно попросить у тебя прощение. Я подлец, я ужасный человек. Я знаю, что плохо поступил с тобой, и готов понести любое наказание. Я надеюсь, что ты сможешь простить меня.
Джоди молчала.
— Ты слышишь меня?
— Слышу, - голос Джоди по-прежнему был тихим и тяжелым.
— Пожалуйста, скажи мне хоть что-нибудь. Где ты сейчас находишься? Я сейчас еду в аэропорт, беру билет на самолет и первым же рейсом вылетаю к тебе.
— Не стоит, Генри.
— Почему? Ты сейчас дома?
— Генри, я в больнице. Последний человек, которого сейчас я хочу видеть - это ты.
— Что случилось? Почему ты в больнице?
