Закатив глаза, я покачала головой, вырвала из его рук пакет и направилась в сторону ангара. Он засеменил следом…
… Марк сел в водительское кресло глайдера, включил управление, и приборная панель зажглась разноцветными огнями. Несколькими нажатиями на сенсорный дисплей он активировал связь с автоматикой станции и запросил разрешение на вылет. Нас поставили в очередь, глайдер воспарил над полом на высоте полуметра, а Марк тем временем повернулся в мою сторону:
– Я совершенно случайно подслушал пару разговоров, и узнал, что к делу привлекают военных. Кому-то с этой реликвией очень сильно прищемили хвост, поэтому начинается большая гонка, в которой нам нужно добраться до финиша первыми.
Я пожала плечами:
– У нас только одна зацепка – это место приземления шаттла наших друзей. Попробуем узнать, что к чему. Дед пока пытается расшифровать место их выхода из гипера, а мы поработаем в поле.
Я ввела в навигатор координаты, полученные от дяди Вани. Мимо уже проплывала громада ангара с суетящимися погрузчиками, тут и там мелькали белые полицейские каски. Хотелось есть, и я поблагодарила Марка – конечно же, мысленно – за то, что он позаботился обо мне, прихватив закуску. Выудив из пакета кусочек, я бросила его в рот. Деликатес таял во рту, и я вдруг поняла, что в жизни ничего вкуснее не ела. Я закинула ещё пару кусков и с набитым ртом промямлила:
– Марк, а ты знаешь толк в еде!
– Это не единственное, в чем я знаю толк, – подмигнул он. – Ну, поехали!
Глайдер выплыл из ангара, по стеклу тут же забарабанил ливень. Через мгновение нас уже окружала плотная стена облаков, которую челнок, набирая скорость, разрезал, словно нож – масло…
Планер выскочил из тучи, и исторгающий воду грозовой фронт оказался прямо над головой. Внизу расстилался океан зелени самых различных оттенков – от юкки до лаймового, от оливок до ментола. Я прильнула к стеклу и наслаждалась красками. По зелёному колышущемуся морю тут и там, извиваясь словно змеи, ползли широкие гибкие реки. Вдруг Марк с чувством продекламировал:
– Я удаляюсь от морей в гостеприимные дубровы, земля мне кажется верней, и жалок мне рыбак суровый – живёт на утлом он челне, игралище слепой пучины, а я в надёжной тишине внимаю шум ручья долины… Никогда не видел ничего подобного. Ни единой прогалинки, полянки не видно. Деревья-то какие вымахали здоровенные!
Даже с такой высоты зелёные исполины казались огромными. Они переплетались ветвями верхушек, будто многочисленными руками держась друг за друга, и создавали плотный ковёр, укрывавший бурную лесную жизнь. Я не отрывала глаз от проплывающих под нами просторов.
– Судя по навигатору, это дикая местность. Дорог нет, поселений – тоже. Сюда никто не рискует садиться, даже землекопы. Торжество природы – как оно есть. Приятно смотреть, правда же, Марик?
– Да, после трущоб, заводов и пыли родного Пироса такое буйство красок способно выжечь глаза… Знаешь, этот лес похож на стриптизёршу. Смотреть – одно удовольствие, но лучше не трогать. А то подойдёт вышибала, ну и дальше – по сценарию… Ах ты ж!
Летающая машина вильнула, а мимо нас мелькнула размашистыми крыльями огромная красная птица. Через секунду она исчезла где-то вверху, а Марк постучал по приборной панели и заметил:
– Акустический отпугиватель работает, а этой хоть бы что… Так и разбиться недолго – вон какая махина крылатая… На Земле-то их ещё и со всех оживлённых маршрутов разгоняют регулярно, а тут природа правит бал, – он перегнулся через сиденье назад, вытащил пару «ледянок» и протянул одну из них мне. – Вот, сразу бери её с собой. А то вдруг мне опять поесть захочется…
Встретив мой горящий взгляд, он засмеялся и замахал руками:
– Шучу-шучу, только не надо на меня так смотреть! Дырку проглядишь.
– Марик, хватит нести херню…
Автопилот исправно работал, двигатели мерно гудели. Я машинально вертела в руках «ледянку» – респиратор, насыщающий дыхательную смесь кислородом, из-за чего она становилась холодной как лёд – дышать такой смесью с непривычки было тяжело, но возможно. Под глайдером проплывали джунгли, по обтекателю монотонно стучал дождь, и меня от перепада высот потихоньку начало клонить в сон. Я откинула спинку кресла, легла на бок, отвернувшись от Марка, и стала разглядывать низкие сизые тучи и причудливые дорожки на стекле, которые рисовали капли дождя. Через некоторое время глаза закрылись сами собой…
Марк потрепал меня за плечо.
– Эй, соня, подъём! Приехали!
Я открыла глаза. Как всегда, после короткого сна в неудобной позе, моё лицо горело, а голова была словно налита чугуном. Над нами темнели сплетённые кроны деревьев, обвитых какими-то лианами. Я привстала и поморщилась:
– Ох… Сколько мы летели?
– Часа полтора… Я немножко покружился над этими дикими местами, и, оказывается, мы здесь не одни, что не может не радовать. Тут рядышком просека пробита. А у нас теперь есть возможность прогуляться и подышать свежим воздухом…
