Когда последний Меченый лишился уродливой башки, я внезапно ощутил движение за спиной. Боль затмевала все мысли, но я смог обернуться и увидеть, как Страж, лишённый ног, подползает всё ближе. На клыках смертельно раненной твари пузырилась кровь, а свет в глазах тускнел с каждой секундой. Но монстр ещё мог доползти, чтобы нанести последний удар.
И я выпал во мрак.
И проснулся.
Пробуждение наступило не по сигналу будильника: до установленного времени ещё оставалось около пяти минут. Жутко болела голова, прямо до тошноты, точно вчера я выпил не шампанское, а весь вечер употреблял ерши и прочие доморощенные алкогольные коктейли. А когда, перебираясь через Ксюху, опёрся правой ладонью о кровать, то едва не завопил. Руку ожгло так, будто я только что полоснул по ней ножом.
В ванной я включил свет и внимательно изучил себя. С головой всё в порядке. Нет, ну не думал же я обнаружить реальные трещины на черепе, в самом-то деле! Только белки глаз покраснели, точно я не спал уже вторые или третьи сутки. В каком-то смысле так оно и было, но сонливости я не ощущал. С ладонью дела обстояли гораздо хуже. Толстый белый шрам, пересекавший линию жизни, налился красным и сочился кровью. Я смыл алые капли водой из-под крана и задумчиво уставился на рану. Чёрт возьми, моё сновидение становилось весьма назойливым и при этом нарушало все правила здравого смысла.
Смочив раскалывающуюся голову, я переоделся в спортивную одежду и пошёл на улицу. Надеюсь, свежий воздух хоть немного поможет.
Так и случилось: прохладный ветер прошёлся по мокрым волосам, остудил пылающий череп и таки принёс облегчение. Я даже сумел собрать мысли в кучу и вспомнить, что у Ксюхи сегодня день рождения. Более того, смог разработать план предстоящих действий. Обычно я, если не забывал вообще, с вечера оставлял подарок на столе и ложился спать. А уже в праздник, отметив днюху супруги с друзьями, покупал букет цветов и ехал домой. Сегодня всё будет по-другому.
В сумраке раннего утра на стадионе вместе со мной по-прежнему бежала девушка в тёмной ветровке. Лишь сосредоточившись на этом факте, я сообразил, что пошёл на десятый круг. Усталость не торопилась принимать в свои объятия. Совсем. Ноги двигались точно поршни какого-то механизма, а на лбу выступила лишь тонкая плёнка пота. Увлёкся, стало быть.
Такая же странность творилась и со всем остальным. Сделав три подхода по двадцать раз на перекладине, я заработал поднятый большой палец коллеги по несчастью и пошёл качать пресс. С организмом происходило нечто непонятное, однако такие перемены мне нравились.
К тому моменту, как я ощутил блаженное тепло и бодрость, боль в голове окончательно помахала мне ручкой. Осталось лишь неприятное жжение в ладони, но и тут наступило улучшение: шрам вновь вернулся к состоянию давнишнего пореза и больше не сочился кровью. Теперь, когда мозги проветрились, я задумался: а что, собственно, произошло под самый конец сновидения?
Не оставалось никаких сомнений, что мне каким-то чудом удалось положить троицу грозных Стражей и ещё целую кучу всякой шелупони. Но как? И чей голос я слышал в серой мути? Неужели кто-то из чародеев Страны решил оказать шефскую помощь пришельцу, как это частенько случается в фильмах и книгах? Тот старик, так странно исчезающий из виду, – не его ли рук это? Впрочем, ответа я всё равно не получу. По крайней мере, здесь.
И главным вопросом оставался тот, где нереальность волшебного мира снов всё больше подвергалась сомнению. Если я получаю там вполне подлинные болезненные отметины, может ли происходящее быть обычным сном? А ещё и продолжения… И вновь – ответа нет.
Супруга сидела на кухне, пила кофе и выжидающе смотрела на меня. В её глазах читалось: «Ты точно помнишь о празднике?» А если помню, где подарок или хотя бы его денежный эквивалент? Чтобы ещё больше озадачить именинницу, я поцеловал её и от всего сердца поздравил с наступившей датой. После чего под возмущённое хрюканье за спиной отправился приводить себя в порядок. Улыбаясь, я залез под душ и включил горячую воду.
Когда я уходил, во взгляде жены вновь проступило давешнее подозрение. То есть Ксюха чувствовала, что происходит нечто странное, но не могла понять, в чём дело. То ли ещё будет!
Спускаться в подземку я не стал, а, прошагав пару кварталов, набрал Костика.
– Здорово, бродяга, – откликнулся тот своим обычным сиплым баском. – Чего трезвонишь?
– Накатай заяву, на пару часов, – попросил я и свернул в переулок, ведущий в нужное мне место. – Сейчас ещё Михалычу позвоню, предупрежу.
– Дык, это же – магарычёвое дело! – Костик оживился. – Пара часов – пара пузырей.
– Захлебнёшься, – коротко ответил я на жадные притязания товарища. – Куплю бутылку пива. Потом. Если захочешь.
