Дедуган, покряхтывая, поднялся, опираясь о палку, и подошёл к пламени, несколько ослабевшему за это время. В огонь отправились короткие толстые чурбаки. Во все стороны полетели разноцветные искры, затрещало, и осёл блеснул приоткрытым глазом. Стоящий ко мне спиной старик продолжил:
– Десяток лет после ритуала ничего не происходило. А потом начали пропадать люди, домашний скот и прочие твари, на которых так богата Страна. Пока исчезнувших было немного, власти и не думали чесаться. Мало ли чего могло произойти: кого-то защекотали русалки, кого-то утащили оборотни – селяне сами справятся с напастью. А потом пропали жители небольшого посёлка. Все до единого человека. Грешили на бандитов, так нет: дома не порушены, не пожжены, вещи нетронуты и пятен крови нет. А самое странное: рядом с посёлком посланцы обнаружили, что дальше почва превращается в какой-то серый прах, лишённый растительности. Стоит туда зайти, и в глазах точно встаёт туман, а сердце норовит выпрыгнуть из груди. Чем дальше идёшь, тем больше мутится в голове, пока человек не падает без сознания.
Теперь взглядов стало больше, и они уже не напоминали дуновение ветерка. Скорее спину кололи множеством иголок да так, что сидеть невмоготу. Я медленно наклонился вперёд и, повернув голову, посмотрел через плечо. Всё тот же мрак, но теперь казалось, будто темнота переливается из-за одного дерева за другое. Куда старикан сунул Кровопийцу? Надеюсь, он прихватил меч, ибо без оружия я ощущал себя неполноценным. Точно неодетым, что ли.
– Думали снарядить отряд из воинов да колдунов, чтобы выяснить, с чем столкнулись. – Дед закончил швырять дрова и протянул руки вперёд, едва не погрузив ладони в воспрянувшее пламя. – Пока судили-рядили пришла большая беда. Исчезла связь с добрым десятком посёлков и парой крупных городов. Появились сообщения о странных существах, которые приходят из мрака и похищают детей и женщин. Король объявил общую мобилизацию и послал гонцов с просьбой о помощи к соседям. В этот момент враг и ударил.
Не в силах больше выдерживать давление чужих взглядов, я поднялся и, уже не скрываясь, начал всматриваться в ночь. Да, среди деревьев кто-то точно скрывался: хрустели ветки, шуршали сухие листья и скользили клочья плотной тьмы. Неужели рассказчик внезапно утратил своё чутьё и не ощущает присутствия чужаков? Где чёртов Кровопийца?
– Из серых земель вышли орды жутких монстров, не похожих ни на людей, ни на обычную нечисть Страны. – Старик повёл плечами, точно ему внезапно стало зябко. Это рядом с костром-то? – Враг легко разбил несколько отрядов, посланных навстречу, предпочитая брать проигравших в плен. После пленных угоняли в глубь Порченой земли. Так её тогда назвали. Ну а тех, кто там жил, назвали Отмеченными Порчей, или Порчеными. Чудовища не встретили серьёзного отпора до самой Марадары, столицы того государства. Там им навстречу вышел король со всем войском и союзниками, откликнувшимися на зов. – Старик тяжело вздохнул и, повернув голову в сторону леса, громко крикнул: – Егор, если ты и дальше думаешь маяться дурью, то похлёбка успеет остыть! Придётся жрать холодной, и твои люди тебе этого не простят.
Из темноты донёсся весёлый хохот. Я внимательно вглядывался в ночь, однако всё же пропустил тот момент, когда ползущая тьма обратилась вооружёнными людьми в кожаных одеждах. Мне показалось, будто от каждого веет некой первобытной силой, а вот почему – фиг его знает. Каждый – гладко выбрит и коротко стрижен, за исключением одного, явно азиатской наружности. У этого на плече лежал длинный хвост тонкой чёрной косы. И слух меня действительно не подвёл – пришельцев оказалось ровно десять. Кстати, я даже сумел сразу сообразить, что худощавый парнишка с большими карими глазами – девушка.
– Э-э? – не понял я и посмотрел на старика.
Тот улыбался, причём в этот раз в его усмешке отсутствовал обычный сарказм или издёвка. Дед определённо радовался, встречая давних знакомых.
– Успокойся. – Старик покровительственно хлопнул меня по плечу. – Это – люди, на которых можно положиться в любой ситуации.
Пока люди, на которых можно положиться, выходили в свет от костра, я ощущал на себе их пытливые взгляды. Ни грамма враждебности – только любопытство. Однако даже этого благожелательного любопытства хватило, чтобы за несколько минут меня словно искупали под жёсткими струями душа Шарко.
– Егор, – представился самый высокий и широкоплечий из всех и подмигнул. Глаза у него были голубые, точно два кусочка неба.
– Миша, – ответил я, с трудом выдерживая пожатие деревянной, по ощущениям, ладони.
Мужчина одобрительно фыркнул и отпустил мою руку.
– Семён. – У этого оказались невероятно длинные руки, и мою ладонь он пожимал очень осторожно. Тем не менее мои несчастные кости едва не сломались. – Прошу прощения.
– Это тебе не подковы ломать. – Смуглый парень с длинным кривым носом протянул четырёхпалую ладонь. – Франк.
– Морис. – Этот чем-то неуловимо напоминал предыдущего, разве что нос оказался покороче и все пальцы на местах. А вот левое ухо кто-то точно пытался откусить.
