— Не открывай только глаза. Мне тяжело снова возвращаться, после того, как ты резко их открываешь. Да, это я. Ты молодец. Я уж думала, что ты совсем не обратишь внимания на мои знаки.
— Так разве нельзя было просто ко мне обратиться? Зачем такие тайны? — Недоумённо спросила я.
— А сама не догадываешься? Только не произноси его имя здесь. Он не знает про пограничье.
— Пограничье? Какое пограничье?
— Это моё укрытие здесь. Всё тебе расскажу. Правнучку мою надо выручать, без меня вы не справитесь.
— Так Вы же сами её толкнули к Нему! А сейчас говорите, что надо выручать.
— Не торопись, сейчас всё узнаешь. Я этот знак только для тебя оставила. Сейчас мысленно его переверни кверху тормашками.
Только я перевернула знак, сразу же передо мной появилась высокая красивая женщина с иссиня-чёрными волнистыми волосами. Феломена. Даже ещё красивее, чем на фотографии. Она внимательно посмотрела на меня и кивнула, чтобы я шла за ней. Я огляделась и увидела, что в доме, кроме нас с Феломеной, никого нет. И дом этот освещается не лампочкой, а каким-то туманным голубоватым светом. Мы с ней сели за стол. Она снова меня предупредила:
— Не открывай глаза! Сколько бы ты здесь ни находилась, в твоём мире часы стукнут всего лишь один раз. Это укрытие я готовила всю свою жизнь. Ты уже знаешь, что Он не выпускал меня из своего внимания, контролировал каждый мой шаг.
— Феломена Спиридоновна, для меня неожиданность, что вы … — начала я, но Феломена меня перебила.
— Никаких Спиридоновных, просто Феломена. И никому, повторяю, вообще никому, ни слова обо мне и о том, где я нахожусь. Даже твоему помощнику. Тот, против кого мы с тобой будем биться, не знает жалости и не остановится ни перед чем. Если Он узнает про укрытие, то Он нас с тобой обеих здесь закроет на веки вечные. Поняла, как всё серьёзно? А сейчас слушай меня. Я восемьдесят лет была привязана к Его кругу. И за все восемьдесят лет Он так и не узнал мою истинную силу. И в этом заслуга моей мамы. К тому времени, когда Он поставил на мне свою печать, я уже была сильной колдуньей, потому что моя мама с самого детства меня этому обучала. Она видела моё будущее. Но изменить его она не могла. Поэтому мама взялась за моё обучение, когда мне было всего девять лет. Когда все дети играли, я раз за разом повторяла заговоры, училась слышать каждый шорох, улавливать опасность, и использовать все подручные средства, превращая их в своих помощников. С каждым годом мои испытания становились всё тяжелее и тяжелее. Ни одного дня у меня не было без учёбы, ни одного! Сколько слёз я пролила, думая, что мама не любит меня. И только после смерти мамы я поняла, насколько она была права, так как колдовать я должна была не просто лучше всех, а ещё и так, чтобы об этом никто не догадался. Когда мама увидела, что Он охотится за мной, она сама устроила пожар в бане, потому что боялась, что Он прочитает её мысли, и тогда всё моё обучение пойдёт насмарку. Мои настоящие мысли Он не мог прочитать, а видел только то, что я сама хотела ему показать. И это всё было задумано, чтобы уничтожить его.
— А как же Ваш клан Великой Чёрной Брутхи? Он разве не смог бы защитить Вас?
— Клан Великой Чёрной Брутхи не благотворительная организация, и когда приходит опасность, то там, как и во всех остальных таких же кланах, каждый сам за себя. Тем более, у них там тоже свои проблемы. Клан Чистого Ветра постоянно держит их в состоянии обороны. Это охотники за ведьмами, и у них богатый опыт ловить и расправляться с нами. Ещё с тринадцатого века. Хотя за смерть мамы они всё-таки отомстили Ему.
— И Вы всю жизнь тайно изучали Его? И он не понял этого?
— Да. Он, конечно, силу свою любит показать, но всё остальное держит под покровом тайны. По крупицам, по зёрнышку, узнавала я Его. Где что-то подгляжу, где что-то услышу, где наколдую. Я думала, что я смогу ещё при своей жизни покончить с Ним, и тогда освобожу всех своих потомков от Его тёмного влияния. Но оказалась, что то, что он собирался сделать, можно уничтожить только тому, кто перешагнёт через свою последнюю черту. И ещё он стал подозревать меня, видел, что я присматриваюсь к нему постоянно, и он насторожился. Поэтому и подселил Лушку ко мне. Она слабая ведьма, но всё равно ведьма.
— А Таня? Таня тоже будет нам помогать? — спросила я.
На лбу у Феломены собрались горькие складки:
— Нет. Единственно, что я смогла сделать, не выдав себя и свой план, так я отметила Татьяну, чтобы мы смогли её забрать от него. Но Таня нам плохая помощница.
— Что я должна сделать?
— Сначала ты должна привести сюда Татьяну. — Она протянула мне скрученную чёрную нитку — Повяжи это на запястье. На нитке метка, чтобы знак сработал на Татьяну. Сначала тебе надо в календаре, который ты читаешь, найти вот такой знак, похожий на русскую букву «Ш» с зигзагообразной внутренней палочкой. Называется он таравит. Накладывается он так.
Она прочертила в воздухе знак, чем-то похожий на скрипичный ключ, только без нижней петельки, под ним прочертила две полосы, от нижней полосы нарисовала стрелку, которая два раза обвилась вокруг знака.
