Знаете, что нам напомнили эти строки Бунина? Многие места из воспоминаний ярого гитлеровца, пилота пикирующего «Ю-87» Руделя. Он тоже писал о том, как защищал Европу от русских, этих монгольских орд с уродливыми лицами. В бунинских злых мемуарах – страх осколка «Северной Пальмиры», человека, который мнит себя высшей расой, павшей жертвой вырвавшихся на свободу расы таких несимпатичных и атавистичных рабов, полуживотных. Интересно, а он раньше не видел того, кто работает на заводах, обеспечивая ему, поэту, сытую и сладкую жизнь? В ненависти к своим же, русским, представитель «северно-пальмирской» элиты соперничает с немцами, описывая низы русского общества как существ низшей расы. Подспудный взгляд на русский народ как на скопище недочеловеков был присущ многим белоэмигрантам. Немудрено, что многие из них пошли служить гитлеровцам, исповедовавшим те же взгляды. Да и расправы над нашими деревнями (за поддержку партизан) таких эмигрантов не сильно волновали: белые-то в Гражданскую лютовали ничем не хуже немецких карателей в Великую Отечественную…
А вот что писал один из видных деятелей белого движения, Василий Шульгин:
«Что может быть ужаснее, страшнее и отвратительнее русской толпы? Из всех зверей она – зверь самый низкий и ужасный, ибо для глаза она имеет тысячи человеческих голов, а на самом деле – одно косматое звериное сердце, жаждущее крови…»
Белый вождь Антон Деникин выглядит на общем фоне самым взвешенным:
«Меня они, эти тыловые воины – почти не знали. Но все, что накопилось годами, столетиями в озлобленных сердцах против нелюбимой власти, против неравенства классов, против личных обид и своей по чье-то воле изломанной жизни, – все это вылилось теперь наружу с безграничной жестокостью… Прежде всего – разлитая повсюду безбрежная ненависть и к людям, и к идеям. Ненависть ко всему, что было социально и умственно выше толпы, что носило малейший след достатка. Даже к неодушевленным предметам – признакам некоторой культуры, чуждой или недоступной толпе. В этом чувстве слышалось непосредственно веками накопившиеся озлобление, ожесточение тремя годами войны…»
«Славные казаки» и «белые рыцари»
Занимая города, большевики устраивали в них ад. Везде мы видим одно и то же: расстрелы и пытки, моментально воцаряющийся голод. Всегда и везде они смотрят на население как на сырье. Сырье можно подвергать любой участи. Подчас кажется, что красные – это пришельцы с другой планеты, поставившие бесчеловечность и насилие на деловую основу. Их поведение больше всего напоминает поведение безжалостных марсиан-осьминогов из «Войны миров» Герберта Уэллса (1896 г.). Там, если вы помните, высадившиеся на Землю агрессоры без эмоций стирали человеческую цивилизацию со своей дороги, а несчастных людей ловили и выкачивали из них кровь. Впрочем, аналогия эта весьма глубока. Ведь Марс – это некая священная планета для ранних коммунистов. Да и один из революционных поэтов двадцатых прямо сравнивал себя с марсианином.
Кажется невероятным, как большевики, залившие страну кровью, показавшие примеры самого разнузданного садизма, все же смогли победить своих противников. Как? Ведь опорные районы белых переполнялись известиями о невиданных зверствах красных. Казалось бы, надо было драться не только за Россию, но и за свою жизнь. По принципу «Все для фронта, все – для победы!»
Но дело в том, что противостояли большевикам отнюдь не ангелы. Все территории, оказавшиеся под контролем антибольшевистских сил, представляли из себя плод разложения Северной Пальмиры. Мы не оправдываем большевиков – мы просто исследуем ситуацию.
Например, казаки плевать хотели на единую и неделимую матушку-Россию с высокой колокольни. Донцы начали рвать на части Россию еще до Деникина. В 1918 году знаменитый думец Родзянко выкрал и опубликовал в Финляндии письмо атамана Краснова немцам, которые тогда оккупировали западные и южные районы европейской России. В своем послании Краснов просил помощи кайзера в расчленении Советской России и создании отдельного государства – «Всевеликого войска Донского», к которому следовало присоединить еще и Таганрог, и Камышин, и Царицын с Воронежем. Краснов писал, что заключил союз с главами Астраханской и Кубанской областей князем Тундутовым и полковником Филимоновым о том, что после победы над большевиками образуется «Доно-Кавказский союз» с участием Войска донского, Астраханского казачьего войска с Калмыкией, Ставрополья, Кубани и Северного Кавказа. В обмен на помощь оружием атаман сулил немцам поставки в Германию продовольствия, скота и лошадей… Было и второе письмо Краснова немецкому кайзеру. Там он просил признать суверенитет и других самостийных «держав» – казачьих войск Кубанского, Терского, Астраханского и Северного Кавказа. Комментарии нужны?
