Слово эхом прозвучало между нами. Сантино посмотрел мне в глаза, и я почувствовала его решимость и глубокую боль, которую слишком хорошо знала.
Я кивнула и вновь коснулась его плеч. Мы помолчали.
– Ты прав. Возможно, нам надо закончить сейчас.
– Мы должны. – Сантино сделал шаг назад, и мое сердце болезненно сжалось.
Я даже испугалась, что упаду в обморок.
Я прокашлялась, пытаясь избавиться от комка в горле.
– Мне нужно подготовиться.
Сантино кивнул, его лицо превратилось в привычную непроницаемую маску. Чуть снисходительную и жесткую.
– Не забудь хорошенько постирать трусики перед свадьбой.
Я в свою очередь отреагировала:
– Уверена, Клиффорду будет по нраву, если я не надену нижнее белье.
Сантино повернулся и ушел.
Дверь за ним захлопнулась. Я схватилась за раму зеркала, пытаясь сохранить равновесие. Я чувствовала, что передо мной открылась черная дыра, которая могла и хотела меня засосать.
Между мной и Сантино возник невидимый барьер после нашего разговора в свадебном салоне неделю назад. Мы не спали вместе. Соблюдали дистанцию, о которой условились, но до сих пор я тосковала по нему.
Семь дней – слишком маленький период времени, чтобы забыть о нашей связи. Я сосредоточилась на злости по отношению к нему.
Сантино шагал в нескольких шагах позади. У меня даже не было сил смотреть на него. Я чувствовала себя виноватой, ведь он сопровождал меня на обед с Клиффордом, но в то же время злилась, поскольку он явно хотел, чтобы я почувствовала себя виноватой. Он винил меня в том, о чем знал с самого начала. Я никогда ему не лгала. Мы оба понимали, что у наших отношений есть срок годности. Три года.
Или, быть может, срок уже давно истек. Ощущалось все именно так.
Я вошла в кафе. Клиффорд и двое телохранителей уже находились в заведении.
– Конечно же, Клиффи нужны два охранника, чтобы защитить его изнеженную задницу, – пробормотал Сантино.
Слова подлили масла в огонь моего гнева на Сантино, на себя, на ситуацию и даже на Клиффорда.
Я повернулась к Сантино и прошипела:
– Хватит оскорблять Клиффорда. Вырасти поскорей и преодолей уязвленную гордость. Я выйду за него замуж, прими реальность и двигайся дальше.
Лицо Сантино окаменело, однако глаза пронзили меня еще одним уколом вины, прежде чем они тоже стали жесткими и холодными.
Он кивнул.
– Я отойду в угол и продолжу делать свою работу.
С натянутой улыбкой я направилась к жениху и поприветствовала его, чмокнув в щеку – он даже не успел поцеловать меня в губы, – а затем села напротив.
Голубые глаза Клиффорда метались между мной и Сантино.
– Ты в порядке?
– Разумеется. Мой телохранитель просто считает дни до того, как освободится от моих оков. Он ненавидит эту должность.
Клиффорд задумался.
– Ты хорошая лгунья, а он скрывает свои эмоции. Будет ли он создавать проблемы?
Моя улыбка погасла.
– Можешь перестать меня расспрашивать. Я говорила тебе, что нет. Давай поговорим о причине встречи.
– В связи со свадьбой возникли некоторые проблемы с безопасностью, поэтому мы, вероятно, будем вынуждены сменить место проведения торжества, чтобы предотвратить незапланированные инциденты.
У меня открылся рот.
– Ты хочешь сменить место за три недели до свадьбы?
– Необходимо. Отец очень беспокоится за свою, а возможно, и за мою безопасность.
– Поэтому появились два охранника?
Жених кивнул.
Я наклонилась вперед.
– Это из-за позиции твоего отца на выборах?
– Да. С тех пор его жизни угрожали несколько раз. Я выступаю за него, поэтому мне также угрожают.
– Ты женишься на принцессе мафии. Все под контролем, не волнуйтесь. Папа принял самые строгие меры.
– Однако кое-какие подробности нашей будущей свадьбы уже давно известны общественности. А изменения, произошедшие в последнюю минуту, усложнят потенциальные планы атак.
– Если кто-то хочет убить твоего отца и тебя, они не станут рисковать и предпочтут действовать втихаря. Наша свадьба – не самый лучший для них вариант. С мафией потом проблем не оберешься. Даже фанатик выберет более удачный день.
– Мы сделаем громкое заявление.
– Каждый раз, когда кто-то нападает на тебя или на него, это становится громким заявлением! – раздался голос Сантино. Он как сумасшедший бежал к нашему столику с пистолетом наготове.
Наши глаза встретились, и в его взгляде я уловила чистую решимость, смешанную со страхом за меня.
Прогремел выстрел, и кровь залила мое лицо. Сантино бросился на меня, повалив на пол и опрокинув стул. Я приземлилась, в ушах и голове звенело от удара. Сантино заслонил меня своим телом, полностью прикрывая и пытаясь утащить прочь.
Раздались новые выстрелы. Сантино выругался.
Я была дезориентирована, растеряна. Тепло разлилось по животу и бедрам. На секунду я задумалась, не обмочилась ли от страха, но мне было не так уж и страшно.
Я была… даже не знаю.
Сантино продолжал оттаскивать меня и стрелять. В ушах болезненно звенело. Я взглянула вниз и увидела, что моя белая блузка стала красной.
Меня застрелили? Затем я увидела рубашку Сантино, пропитанную кровью.
Прогрохотал очередной выстрел, Сантино дернулся и застонал. Кровь струилась из свежей раны в его плече.
