Пока девочка лакомилась, она оглядывала пятачок, на котором сидела. С двух сторон их дворик был огорожен домами, с двух других – забором. Причём тут забор был не металлический, как с улицы, а деревянный, напоминавший бабушкин в деревне.
Съев клубнику, Милана сунула руку в карман и достала оторванную пуговицу.
– Интересно, что там делает этот щенок? А вдруг он ещё не ушёл? – вспомнила она про собаку.
Милана подбежала к забору и сквозь деревянные доски посмотрела на улицу. Через щель она разглядела узкую тропинку, оставленную местными жителями между участками, чтобы экономить время в пути.
– Ой! – испугалась Милана.
Доска под её весом скрипнула и отогнулась – низ оказался не приколочен. Милана отодвинула доску в сторону и пролезла в получившийся лаз. Вправо тропинка тянулась между домами к незнакомой ей улице, а вот улицу слева девочка узнала: на ней стоял дом Риты Петровны, именно здесь девочка ловила убегающую пуговицу.
Место, где она видела собаку, должно было быть недалеко. «Если я отлучусь на минутку, ничего ведь не случится? Только взгляну – и обратно!» – подумала Милана. Стремглав девочка побежала к мостику в надежде снова хоть одним глазком посмотреть на щенка. Вот те самые каменные ступени и ручей. «Щенок, конечно, уже убежал», – уверяла себя девочка. Но тут же улыбнулась, услышав лай.
– У-ав! Ав! – на этот раз лай был жалостливый, нетерпеливый.
Девочка поспешила вниз к воде. Она не сразу разглядела, но быстро нашла щенка. Вот же он, под кустом. Увидев девочку, щенок затявкал, дёрнулся к ней, но плюхнулся, оставшись на месте.
– Привет, пёсик, – Милана подошла ближе и погладила собаку по голове. – Какой хорошенький. Ой, ты, похоже, запутался.
Девочка заметила на шее щенка верёвку, в которую вцепились сухие ветки кустарника. Милана попробовала её снять, но не смогла, ведь верёвка сильно обвила куст, пока щенок дёргался, пытаясь вырваться.
– Подожди, сейчас я тебя освобожу. Только не мешай мне.
Девочка с трудом развязала узел у шеи щенка. Щенок забрался к ней на руки и облизал лицо мокрым языком. Милана рассмеялась:
– Щекотно! Какой же ты славный… или славная.
Щенок тявкнул.
– Ты похож на девочку, – улыбнулась Милана, и мокрый язык лизнул её в нос.
На руках Милана вынесла щенка из канавы, огляделась.
– Ты ведь знаешь, куда тебе идти?
Она опустила щенка на тропинку, но тот не собирался уходить, а уселся на землю и смотрел на Милану блестящими глазами.
– Иди, – сказала девочка и махнула рукой.
Но щенок лишь тявкнул, переминаясь с лапы на лапу.
– Иди домой, чумазик, – улыбнулась девочка. – И мне пора. А то мама заметит, что меня нет, и будет волноваться.
Милана, помахав щенку рукой, побежала вверх по ступеням.
– Р-аф, – тявкнул щенок.
Неуклюже, заваливаясь то на один, то на другой бок на затёкших лапах, собака поспешила за Милашей.
Девочка оглянулась:
– Ты что, идёшь за мной? – она спустилась на несколько ступеней обратно. – Хочешь со мной дружить?
– Р-р-аф!
– И я! – девочка улыбнулась и потрепала щенка по голове. – Я давно хотела собаку. Пойдём со мной?
Но тут девочка испугалась:
– Только куда же я тебя поведу? Я ведь живу совсем в другом городе. Тут мы только комнату снимаем, а хозяйка не любит животных. Главное, никаких животных! – передразнила Милана Риту Петровну. – Прости, но я не могу позвать тебя в гости.
– Р-аф! – не унимался щенок.
Милана оттопырила губу и тяжело вздохнула:
– Не-а, нельзя, – помотала она головой и пошла дальше.
– Р-аф!
– Нет, со мной нельзя. Куда же ты?
Щенок всё шёл за ней, неуклюже вскарабкиваясь по лестнице. Милана вздохнула и уселась на ступеньках, подперев голову рукой:
– Тебе некуда идти? – спросила девочка. – Ты что, потерялась?
– У-ау, – проскулил щенок.
– Ведь бросить тебя тут одну тоже неправильно? ***
Милана отодвинула доску и заглянула во двор. Там никого не было. Девочка осторожно пролезла в щель в заборе, следом ввалился щенок, и Милана приладила доску на место.
– Ну и чумазая же ты, – оглядела девочка измазанную грязью собачью шерсть. – Да и я теперь тоже.
Милана несла щенка на руках, и её новое голубое платье покрылось землисто-чёрными и зелёными пятнами.
– Подожди меня тут, – указала девочка пальцем на газон.
Милана скрылась в доме. Она стянула испачканное платье и надела брюки и кофту, так как к вечеру на улице стало холодать. Из дома она появилась с пластмассовым тазом, в котором плескалась вода, и махровым полотенцем, перекинутым через плечо.
Девочка обмыла щенка, промокнула дрожащее тельце полотенцем.
– Вот теперь ты чистая, красивая, – приговаривала Милаша.
Щенок смотрел на девочку глазами-пуговками, то и дело тычась влажным носом в руки.
Теперь Милана могла внимательнее разглядеть новую подругу. Шерсть у щенка была рыжевато-бежевая. Нос и уши тёмные, хвост слегка заворачивался калачиком, а умные глаза словно подведены чёрным карандашом.
– Интересно, как тебя зовут? – спросила Милана.
Щенок наклонил голову, навострив одно ухо.
– Не знаешь? И я не знаю, – вздохнула Милаша.