Минут десять мы с Сатклиффом, сидя друг напротив друга за столом, переругивались, а точнее, он на меня наезжал всем тыном, а я пыталась его утихомирить, уводя разговор в мирное русло, но порой вворачивая какую-нибудь отнюдь не очевидную глупость, чтобы жнец мог вновь обвинить меня в идиотизме и выплеснуть ещё часть негатива, успокаиваясь и в то же время делая вывод о том, что как враг я его не достойна, ибо разумом не вышла, а потому могу быть лишь девочкой для битья, которая не сможет навредить. Когда жнец подуспокоился, я осторожно предложила поискать Лёшку, но так, чтобы он не догадался о причастности к поиску и волнению за моего братца самого жнеца. Грелль помыкался, но спросил, что я напридумывала, а я ответила, что самому жнецу идти на поиски нельзя, а я не могу пойти, потому как еле на ногах стою. Да-да, признавать свои слабости, когда надо уверить противника в собственной беспомощности, — милое дело! И потому я предложила попросить о помощи моего помощника. Кстати, когда я уточнила у Клода, не против ли он и может ли в данный момент отправиться на поиски, активно орудовавший половой тряпкой демон ответил, что безусловно найдёт моего брата, если мне это необходимо. И, цитирую: «Это не вызовет неудобств». Михаэлис отнюдь не слегка прифигел от подобного поведения буки-Клода, потому как у него аж моська лица вытянулась, а я праздновала мини-победу. Правда, лишь в душе — внешне я делала вид, что не замечаю состояния своего дворецкого.
С планом Грелль нехотя согласился, и Клод, закончив уборку кухни, отправился на поиски пропавшего томата. Причём под шумок я успела всучить ему список покупок, сделанный мной ещё во время обеденного чаепития. Хотела нагрузить демонов покупкой всяких полезностей для путешествий во времени ещё в момент нашего похода за одеждой, но… Человек предполагает, а Бог располагает, как говорится. Меня подстерегла птица Обломинго. И благодаря ей Фаустус ушёл на поиски Алексей-свет-Генриховича вместе с указанием о покупке в круглосуточном супермаркете несомненно необходимых в жизни любого путешественника (особенно во времени) вещей. Я же, проводив демона печальным взглядом, озадачила всех присутствующих важным, но неприятным лично для меня вопросом:
— А что Гробовщик забыл в комнате Лёшки?
Ответ оказался на удивление банальным. Он как ушёл вместе с Динкой, так с ней и вернулся, причём тащил кучу пакетов. После этого они заныкались в комнате моего братца, и Дина периодически оттуда выходила, оставляя «жнеца на пенсии» одного. На вопрос Грелля о том, что происходит, готесса ответила, что они с Гробовщиком зашли в дорогущий магазин и накупили фирменного шмота, а теперь жнец всю эту кипу одёжки примеряет. Собственно, насколько мы могли судить, примерка продолжалась, потому как порой дверь Лёшкиной комнаты, слегка скрипнув, открывалась, и из коридора доносились едва различимые шаги, а через некоторое время Легендарный вопил: «Заходи!» — и дверь вновь скрипела. После этого слышались смешки Величайшего, не переходящие в гогот, и некоторые его реплики, которые я отнесла бы к разряду «рассмеши себя сам, имея отвратительное чувство юмора».
