– К нам на базу. Сейчас Ринж оцеплен нашими крейсерами. Ни взлететь с него, ни сесть без спецдопуска невозможно. К тому же вам обоим не помешает наведаться за медицинской помощью.
Последнее я пропустила мимо ушей, будучи в шоке от той невероятной новости, что открыл один из военных. Илийцы оцепили планету?! О таком я даже предположить не могла, когда оказалась в практически вингардском рабстве. Мне казалось, что только «Призрак» с его военным составом организуют спасательную операцию, Лимариус же отдал адмиралу Ортэлу свой коммуникатор, чтобы илийцы могли отследить мое… наше с ним местонахождение. Но вот чтобы по мою скромную душу здесь собралось столько военных?.. Неужели именно на этой планете засели вингардские преступники, к которым меня таким пренеприятнейшим образом забросило? Вот это разворошили змеиное гнездо. Значит, не зря нам с Лимариусом пришлось сражаться на арене. И не потому ли так затянули с нашим спасением, что вычисляли, так интересующих военных, главных действующих лиц, которые находились здесь же?
Пазл сложился. Вот это я поучаствовала в военной операции! У илийцев старшему лейтенанту это зачлось бы. Но я больше не числюсь в их рядах. Обидно? Еще месяц назад было бы именно так. А сейчас даже и не знаю. Смотрю в родные глаза и понимаю, что получила гораздо больше, чем какое-то повышение в звании. Каждый ли мужчина ради своей женщины согласится оказаться на месте моего рыжеволосого красавчика? Пройти рука об руку, спина к спине столько препятствий, выстоять в стольких битвах, стараясь защитить и уберечь?
– Я люблю тебя, Лимариус, – прошептала, озвучивая свои искренние чувства.
– А я тебя люблю, мое ты счастье, – и такая же счастливая улыбка расцвела на его лице.
Признание Лимариуса ласкало не только слух, оно пробиралось в самую душу, и пело свою весеннюю пробуждающую песню, в то время как в любимых глазах светилось глубинная нежность, что так и хотелось в нее окунуться, нырнуть с головой. Лимариус склонился и прикоснулся горячими губами к уголку моих губ, даря тепло и эту нежность.
Краем глаза заметила, как наши сопровождающие вмиг развернулись и уставились в окна. Оставляя нам кусочек личного пространства.
Как только оказались на илийской военной базе, нас тут же сопроводили в медицинский блок. Лимариус сдал меня в руки медика, а сам направился вместе с сопровождающим к командованию операцией. Строго настрого приказав мне, никуда из медблока не отлучаться, а медику проследить за этим.
Я видела, как переживает мой муж за меня. Да и не было особого желания искать новых приключений: мне и этих хватит надолго.
– Для начала, – обратился ко мне молодой мужчина военный медик, как только Лимариус покинул медицинский блок, – считаем твои биометрические данные.
Он протянул мне рабочий планшет с включенным сканером. Приложила ладонь. Вот только от озадаченного выражения на лице мужчины, вдруг вспомнила, что в базе Илийского Союза я больше не значусь.
– Что за хорс, – себе под нос проворчал медик, и тут же протянул мне планшет вновь.
– Не поможет, – произнесла и состроила заговорщицкое лицо. – Я являюсь специальным секретным агентом Калитианской Империи.
Озадаченность мужчины вместе с его замешательством стремительно сошли на нет. Меня с подозрением стали сверлить серьезным пристальным взглядом, от чего прыснуть со смеха, как было изначально задумано, как-то сразу расхотелось.
– Шутка. Знаю, не смешная. Пробейте у калитиан в базе синэру Лауру Ру-Ториэн.
Спустя пару долгих минут, которых с меня не спускали все того же подозрительного взгляда, медику пришло сообщение с данными обо мне, как подданной Калитианской Империи, и он тут же расслабился.
– Давай-ка мы поместим тебя в диагностическую капсулу, синэра.
Он встал и направился к той самой заявленной капсуле. Пошла за ним следом. Нервное напряжение, сковывающее в последние часы, стало заметно опускать.
– А где же обращение к синэре с уважением – на «вы», – все-таки меня прорвало, на шутливый тон.
Вот только следующую фразу мы с мужчиной произнесли одновременно:
– Здесь и сейчас ты – мой пациент!
Медик резко остановился и развернулся. И смотря прямо мне в глаза, он вздернул в удивлении бровь, а я довольно растянула улыбку, и тут же поморщилась, от моментально давшей о себе знать ссадины на губе.
– Моя лучшая подруга – военный медик. Как мне ее сейчас не хватает…
Последнее я произнесла уже не мужчине. Вспомнилась Алиша, а ведь я доверяла как медику только ей. Как бы мне хотелось, чтобы вместо этого мужчины, сейчас здесь оказалась именно она, и лечила мне мои ссадины и ушибы тоже она. Но разве, став принцессой, ей позволят заниматься медицинской практикой?
Что-то вмиг взгрустнулось, только от этого, желание увидеть свою подругу меньшим не стало.
