– Непревзойденная Зурива Като, прошла лабиринт первой, взойдя на ринг битвы на победителя. Кто же окажется достойным соперником для нее?
Вот только радость как возникла, так тут же и померкла. С двух разных сторон к платформе уже подобрались Барас Кару и гуррин – два очень опасных противника. И какая бы боевая подготовка не была у моей девочки, но и удара от одного из них хватит, чтобы ее вывести из строя. Тревога стала непомерной ношей, когда стоишь запертым, и все на что способен, только молиться мирозданию, чтобы уберегло ее, ведь сам не можешь ничем помочь, ни уберечь самого дорого тебе человека. Я не готов, внезапно обретя свое счастье, вот так стремительно его потерять. Хотелось врезать кулаком по панели, выплескивая злость и бессилие, беспокойство вылезало наружу вместе с тревогой. Но я прекрасно понимаю, что мне нельзя проявлять такие эмоции: здесь и сейчас это воспринимается, как проявление слабости. А вокруг меня достаточно противников, которые время от времени кидают изучающие взгляды в мою сторону сквозь прозрачные стенки ячеек. Пусть изначально боятся меня. Правда все это мне вряд ли поможет, если Лаура не выживет в предстоящей схватке. Я отгонял эту мысль прочь: Лаура уже показала, на что способна. К тому же она выжила при прошлом турнире. И я со всем вниманием стал вглядываться в происходящее, отображенное на экране.
Барас Кару первым оказался у платформы, которая возвышалась ему по грудь. Задрав голову, он смотрел на мою жену с кривой ухмылочкой и выражением вселенского обладания. Я заметил, толику неприязни и гнева в ее глазах, прежде чем Лауре удалось взять под контроль эмоции.
– Вот и встретились, – его ухмылка растянулась шире, – Теперь ты от меня никуда не денешься. Сейчас, детка, я подомну тебя под себя. Лучше сразу проси пощады Като, и так и быть тебе даже понравится. Может быть, – его раскатистый смех разлетелся по арене, и было слышно, что есть на трибунах солидарные с таким желанием своего фаворита.
Вот только с противоположной стороны платформы ринга в этот миг уже взбирался гуррин. Вингардец изменился в лице и, с искаженной оскалом гримасой, уставился на нового противника.
– Зурива Като – моя добыча! – прорычал вингардец и стукнул себе в грудь кулаком.
Ему ничего не стоило подскочить и взобраться на платформу, устремляясь к новому противнику, и вмиг уворачиваясь от направленного в челюсть удара. Два серьезных бойца точно хищники начали драться меж собой, за обладание «добычей». От наносимых друг другу ударов, им удавалось удерживаться на ногах. Вот только «добыча» вовсе не собиралась являться таковой, и отсиживаться в сторонке, ожидая, когда кто-то из противников окажется поверженным. Выгадав момент, Лаура стремительным ударом скинула обоих с ринга. Покатившись по земле, гуррин оказался в худшем положении, чем не преминул воспользоваться вингардец. Он обрушился на противника с такой силой, что казалось, кости последнего захрустели. Несколько ударов в челюсть, и гуррину больше не судьба подняться на ноги. Вингардец встал и плюнул кровавой слюной на бездыханное тело противника. И в этот самый миг ему на плечи обрушивается всей своей мощью Лаура. Ему не удается удержать равновесие, ноги вингардца подкашиваются, и тот летит на свою же недавнюю жертву.
Вижу, как светлой лентой скользит в руках моей жены тонкий ремень. Так вот, что ей понадобилось забрать у того вингардца. Ее движения такие быстрые, что кожаная удавка, перекинутая через голову, вмиг стягивает шею, еще не успевшего подняться противника. Он схватился за нее руками, стремясь освободиться. Вот только Лаура сдавать свои позиции была не намерена. Привстав, вингардец попробовал скинуть ее со своей спины, но не вышло. Тогда он обрушился вместе с Лаурой о прозрачную стенку лабиринта, которая завибрировала от силы такого удара. Я видел, как сморщилась моя девочка, вот только не разжала своей смертельной хватки. Вингардец хрипел и, в отчаянной попытке освободиться, рухнул спиной наземь, придавливая своим тяжелым телом хрупкую девушку. Вот только и в этот раз Лаура не ослабила своего хвата. Он пытался достать ее, но кулаки не дотягивались, и сил оставалось все меньше, как и воздуха больше не поступало. Издав последние сиплые хрипы, вингардец затих, его тело больше не подавало признаков жизни. Несколько секунд полной тишины вокруг. И я тяжело выдыхаю, видя, как Лаура выбирается из-под обмякшего тяжелого тела.
