Воспоминания о муже подарили ту толику тепла, на которую я уже почти и не рассчитывала. Прости, Дар, я не уберегла нашу дочь. Если в столице сейчас неспокойно, то тем более Мирре там не место. Бедная девочка, сердце сжалось за единственного родного мне человека.
— И чем ты будешь это доказывать? — мать усмехнулась. — Думаешь, тебе кто-то поверит на слово? Рани, ты еще глупее, чем я думала. Только и умеешь, что меня позорить.
— Забыла, что меня есть это? — я перевернула кольцо на безымянном пальце рубином вверх, показывая его матери.
Тонкая вязь оправы образовывала замысловатый узор, наползающий на камень, в котором четко читались инициалы ДР. Дарен Роден. Именно это кольцо подарил мне муж в момент нашей помолвки, но после того, как он пропал, я предпочитала носить украшение камнем вниз, не привлекая лишнего внимания.
— Как думаешь, этого будет достаточно в качестве доказательства, что я на другой стороне?
— Ты не посмеешь! — мать побледнела. — Если ты это сделаешь, то я отрекусь от тебя навсегда. Слышишь? Путь обратно будет заказан. Мне не нужна дочь, которая предала корону и перешла на сторону врага.
— Отречешься? — слова отдавали горечью. — Знаешь, я и сама не хочу быть частью этого кровавого рода. Пусть Вил теперь будет твоей надеждой и опорой. Укрепляет и продолжает зверские традиции, а я умываю руки. Да и мне кажется, что ты давно меня уже вычеркнула из списка близких, как и мою дочь! Я же пятно на твоей идеальной репутации!
Я вышла из кабинета, громко хлопнув дверью. Картинка продолжала периодически покрываться рябью, а я не понимала, что происходит. Тихо, стараясь восстановить дыхание, я побрела в свою комнату, желая покинуть замок незамедлительно и навсегда. Со странными мушками перед глазами разберусь позже.
Айра
Я проснулась в холодном поту и тут же села на кровати, распахнув глаза. Кольцо. Дрожащими руками я перевернула кольцо, что дала мне Раниса и вгляделась в вязь плетения.
Так и есть. Если знать, что искать, то под определенным углом можно было опознать искусно замаскированные инициалы "ДР".
— Дарен Роден, — повторила я полушепотом.
По спине пронеслась легкая волна холода. В чем была, я подскочила и побежала к шкатулке, начиная осматривать и ее. Уже знакомые элементы узора быстро нашлись и теперь я не знала, что делать. Прятать украшения как можно дальше или, наоборот, рассказать обо всем Виларду.
Как же сейчас не хватает Василя, он бы точно объяснил мне, что происходит.
— Что же с тобой произошло, Раниса Норен? Где теперь твой огонь, что согревал теплом даже с портрета?
Я продолжила рассуждать вслух и в груди все сжалось от тоски. Так сильны еще были воспоминания чужой потери.
Обещаю, если наши пути пересекутся, то я обязательно возьму обратно свои слова о сумасшедшей старухе. После того, что я сейчас увидела и ощутила, немудрено иметь скверный характер.
Теперь я не сомневалась в том, что сон переносит меня в чужую жизнь. И как я раньше могла полагать, что эти сны лишь игры моего воображения. Слишком яркие, слишком логичные, слишком…живые. Да, эти сны были живыми, но только сейчас я поняла это в полной мере.
Если верить коту, то я могла захватить нити прошлого. Похоже, не повезло именно Ранисе, ведь в момент пробуждения огненной стихии она оказалась рядом.
Узнать бы теперь, как это остановить…ведь, судя по всему, самое страшное у княжны еще впереди. Мне бы не хотелось подглядывать за горькими моментами чужой жизни. И так уже достаточно увидела, чтобы при встрече испытывать неловкость.
— Госпожа, вы проснулись? — в комнату практически вбежала горничная.
Девушка выглядела уставшей, будто и вовсе не спала в эту ночь. Поэтому я не стала ее сильно поправлять.
— Все хорошо, Мари, — я старалась говорить мягко, — подай мне бирюзовое платье из гардероба и чай. После этого иди отдыхать, я сама соберусь и спущусь к завтраку.
— Вы уверены? — девушка была явно обрадована возможностью отдыха, но, видимо, еще сомневалась в том, что ее могут так просто отпустить.
— Совершенно. Я хочу побыть одна.
Действительно, видеть кого-либо, а уж тем более разговаривать, сейчас не было никакого желания. Вчера мы до поздней ночи беседовали с Вилардом в его кабинете, а после меня окончательно вымотал сон, смешанный с реальностью. Теперь же, я ощущала себя, будто и вовсе не ложилась спать.
— Готова, госпожа, — горничная поставила поднос с ароматным чаем на прикроватный столик и поклонилась. — Платье я приготовила и повесила в ванной.
— Спасибо, Мари, можешь быть свободна.
Девушка еще раз поклонилась и спешно покинула покои, а я, не откладывая, направилась в ванную.
Убранство комнаты я рассматривала теперь совсем другими глазами, представляя, как много лет назад здесь все блистало великолепием. Возможно, вот в это окно смотрел один из членов знатной семьи, а на этом самом диванчике он же строил планы на дельнейшую жизнь. Солнце уже встало, и я могла по достоинству оценить вкус и изящество, с которым все было сделано.
