Слова лились четко и размеренно. Он был уверен в своем праве поломать мне жизнь, пустив пару сплетен, но не учел лишь одного — никакой княжны не существует, и как только я выполню свою часть договора, то она просто растворится. Вот тогда мы и посмотрим, кто из нас будет ухмыляться последним.
— Так идите и расскажите всем, как не смогли отбиться от девицы без помощи магии, — я рассмеялась прямо ему в лицо, выдергивая руки из захвата. — Я только потешусь вместе со всеми. Над вами и вашими жалкими попытками быть выше других, управлять чужими судьбами. Удобно считать себя центром вселенной, неправда ли?
Последнюю фразу я процедила с таким презрением, что даже кот бы позавидовал. Взгляд Рейонера мгновенно потемнел — разговор явно шел не так, как он планировал. Мой дар встрепенулся и был готов в любой момент вырваться наружу, как, впрочем, и тьма князя. Я так ярко ощутила ее присутствие в комнате, словно вчерашний вечер никогда не заканчивался.
Как бы мне не хотелось сейчас выпустить свой дар, но второй вспышки допускать было нельзя. По крайней мере сейчас. Резерв был практически истощен и неизвестно, как это может все закончится в этот раз.
— Так и быть, господин Кастнер, я вас пожалею и проявлю благоразумие, — слова пришлось практически выдавливать, хорошо, что вчера с князем Нореном мы все обговорили. — Все, что произошло накануне я постараюсь забыть и уж тем более, не буду сообщать о нападении.
Он утвердительно кивнул и давление тьмы слегка уменьшилось. Признаться, мне было крайне неуютно находиться с ним в одном помещении, тем более, зная, что именно в поисках меня он здесь ошивается.
— Ваше благоразумие как нельзя кстати, — Рейонер почему-то не спешил уходить и теперь стоял чуть поодаль, — я верю, что оно вас не оставит со временем и вы не будете даже пробовать поступать в магическую академию.
Ищейка стоял совсем близко и кожей я ощущала тепло его тела. Странно, я думала, что от него будет веять холодом, как и от его магии.
— Вас не спросила, что мне делать со свои даром, — нет, это уже не лезет ни в какие рамки.
В душе закипала злость и все труднее становилось контролировать огонь внутри. Ладони начало слегка покалывать, а мне стало невыносимо жарко.
— А если вы решите все же решите поиграть с судьбой и подать заявку на вступительные испытания, — он слегка коснулся моего подбородка и чуть приподнял голову, смотря прямо в глаза, — то, клянусь, я сделаю все, чтобы вы их с треском провалили. И даже ваше милое личико вам ничем не поможет.
Кожа в месте прикосновения горела, а темнота глаз напротив давила, лишая воли. Мой дар потерял последние точки контроля и ищейку отшвырнуло к стене. Чудом я успела погасить огненные вспышки до тех пор, пока ищейка догадался, что воздух не моя сильная сторона.
— Видите, — он быстро поднялся, вытирая кровь с разбитой губы, — по-моему, я сейчас наглядно продемонстрировал, почему вам не стоит появляться в Столице.
Если бы у меня был выбор, то я и носа туда своего не показала. Но мне непросто надо попытаться поступить, мне необходимо это сделать, во что бы то не стоило.
— Так может лучше вам из нее убраться? — руки слегка потряхивало, и я снова начала ощущать прилив дара.
Он посмотрел на меня как ненормальную, будто я вообще не должна сейчас разговаривать, а уж тем более сообщать такие глупости.
— Знаете, прелестная княжна, это не входит в мои ближайшие планы. Тем более что именно вы хотите нарушить мое благополучие, а не я ваше. Не желаю вас видеть даже рядом со столицей. Вам все понятно?
— Не знаю, что вы там себе придумали, но не переживайте, я тоже не ищу с вами встреч, — я наблюдала, как он развернулся и направился на выход. — Но поступать мне в Эстер или нет, я решу сама.
— Ваш выбор, княжна, но помните, что я вас предупредил.
Меня обдало волной холода и дверь за незваным гостем захлопнулась. От пережитого напряжения ноги подкосились, а я устало опустилась в кресло. И как меня угораздило так вляпаться?
Рейонер Кастнер
Я вышел из покоев княжны, а в ушах набатом звенело, так зло брошенное мне вчера:
"Просто вы сами и есть чудовище".
Как же она была права. Я действительно чудовище, которое не может совладать не только с собственной магией, но и с холодом, что с каждым днем забирает все большие части человеческого во мне. Жестокий слуга императора, не знающий пощады и сострадания, которого все боятся и стремятся лишний раз не попадаться на глаза, особенно в моменты приступов.
Сейчас же я несся по коридору и ругал себя последними словами за то, что решил утром посетить Айрелию.
В первую же минуту, зайдя в ее комнату, я растерялся так, что даже забыл оповестить о своем присутствии. Лишь стоял, и как мальчишка наблюдал за солнечными бликами, что, играя на волосах княжны, придавали им теплый золотистый оттенок, напоминающий пламя свечи. От нее исходило ощутимое даже на другом конце комнаты тепло, к которому хотелось тянуться, отогревая больную душу.
