Платье, что висело возле высокого зеркала, тоже было идеально. В общем, как и большая часть гардероба, что отдал мне Вилард. Что он там говорил, гардероб сестры? Я пропустила тонкий шелк платья через пальцы.
— И здесь тени твоего прошлого, Раниса. Ощущение, что я сейчас живу жизнью, которую ты недопрожила в свое время, — шепот эхом разнесся по ванной комнате и многократно усилился, отражаясь от стен.
Я вздрогнула и принялась одеваться, чтобы хоть как-то отделаться от наваждения.
Платье село, как влитое, тонко скрывая недостатки и подчеркивая достоинства фигуры. Тонкий бирюзовый шелк без лишних узоров и рисунка струился по ногам, опускаясь до самого пола. Про себя я вдруг отметила, что под яркую огненную внешность это платье подходит гораздо больше.
Мгновенно стихия внутри встрепенулась. Захотелось избавится от надоевшей чужой личины и снова стать собой. Но нет, еще слишком рано, я не выполнила свою часть уговора.
Глубоко вздохнула и забрала светлые волосы в простую косу, решив сегодня обойтись без украшений. Настроение было окончательно испорчено. Кольцо на пальце я благоразумно перевернула. Расставаться с украшением не хотелось, хоть я и понимала, что его наличие сулит немало проблем.
До завтрака оставалось еще много времени, поэтому я вернулась к чайному столику, чтобы побыть немного в тишине и обдумать тот водоворот событий, что закружился вокруг.
Создавалось стойкое впечатление, что на меня налипла паутина чужой судьбы. Она затягивала, душила и заставляла повиноваться.
Я оказалась втянута в жизнь и события, которыми совершенно не могу управлять. Чужая личина, чужие сны, чужой титул и семья. Как из этого выбраться, я тоже пока не представляла.
Чай был великолепен, и я снова подумала о Ранисе, вспоминая ее волшебные травяные настои, уют маленькой хижины и вредину Василя. Сама не заметила, как улыбка наползла на лицо. И когда я только успела к ним так привыкнуть.
Отхлебнула еще чуток, сладко зажмурилась и чуть не захлебнулась. За моей спиной кто-то стоял. Осознание чужого присутствия в комнате ударило, как мешком по голове. При этом я не увидела, а именно почувствовала, как кто-то зашел. Мгновенно вскочила с кресла и развернулась, по привычке ища глазами что-то тяжелое для обороны.
В дверях стоял ищейка собственной персоной. Злой, хмурый и невероятно задумчивый. Он прожигал меня тяжелым взглядом, но проходить дальше в комнату не решался. Я отступила за столик и схватила в руки первое, что попалось, а именно вазу с цветами.
— Я вижу, что вежливость и манеры не то качество, которым может похвастаться ваша семья, да, господин Кастнер? — ваза угрожающе качнулась. — С каких это пор, считается приличным врываться без приглашения в покои к незамужним девушкам?
Он иронично приподнял бровь. Казалось, что мое поведение его только рассмешило, но никак не заставило смутиться.
— С тех самых, княжна Айрелия, как эти незамужние девушки перестали считать зазорным врываться ко мне, — собеседник выглядел безусловно уверенным в своей правоте. — Знаете ли, покоя не дают вечерами, так и норовят протиснуться ко мне в спальню, — он усмехнулся, а я покраснела. — При этом, позволю заметить, что я учел некоторые правила этикета и явился к вам утром, а не поздней ночью.
— Что вам нужно? — долго разговаривать с этим наглым типом я совершенно не желала, особенно после того, что произошло накануне. — Больше, как видите, домашних питомцев у меня нет. А с меня хватило и нашего прошлого тесного общения, чтобы впредь обходить вас стороной.
Рейонер заметно сморщился, но шагнул в комнату, а я в страхе прижалась к окну.
— Для начала бы хотелось принести извинения за произошедшее, — он слегка наклонил голову, а я чуть не выронила злосчастную вазу от удивления.
Надо же, ищейка и извиняется. Видимо, изумление так ярко читалось на моем лице, что он еще больше скривился и продолжил уже более жестко:
— И хочу предупредить, что если о вчерашнем кто-то узнает, то ваша жизнь, княжна, превратится в настоящий ад, а судьба вашей милой кошечки покажется единственной надеждой на спасение, — он поднял на меня глаза, сверкнувшие темной сталью.
А я уже было думала, что совесть проснулась. Видимо такого качества у него просто нет и дурной характер быстро взял верх.
— А вам не кажется, что вы сейчас не в том положении, чтобы мне угрожать?
— Так и ваше положение сейчас довольно шаткое, княжна, — ищейка начал издалека, и я напряглась, — или думаете, что общество спустит вам с рук стремление прыгнуть в постель к представителю великого рода, чтобы попасть обратно в высший свет или получить доступ ко двору?
— Что?! Вы в своем уме? Ни в какую постель я не прыгала!
Если он скажет еще хоть слово, то эта ваза полетит прямиком в его довольную физиономию.
— А мне показалось по-другому, — он шагнул еще ближе, быстро перехватив мою руку, и теперь едва заметно улыбался, как охотник, загнавший дичь. — Более того, вы княжна были весьма настойчивы. Настолько, что мне пришлось применить темную часть дара, самую малость.
