— Раньше деревня называлась просто — «Рассвет». Но потом... — старик замолчал, словно ему было больно говорить от переполняющего грудь гнева.
— Потом пришел Светорожденный?
— Конь пяченый! — в сердцах воскликнул мужик.
— Что? — не поняла Смолина.
— Конь его пячил, этого твоего рожденного! Мне бы только увидеть его на расстоянии выстрела! Деревни пустеют из-за той твари, а он жирует на лаврах! — старик брызгал слюной от злости.
— Так почему его не посадят, если он причастен к смертям людей?
Иван зло взглянул на нее.
— А ты как думаешь? Телевизор посмотри! Светорожденный то, Светорожденный се, — пробурчал Иван. — Просто пастырь для заблудших овечек!
— Вопрос только, куда он их ведёт, — хмуро заметила Анна. Иван кивнул.
— Овцы боятся волка, но больше всех овец съел пастух. Он всех подмял под себя. А кого не подмял — уничтожил.
— Почему его никто не выгонит из этих мест?
— Местные боготворят его. Считают святым.
— Их не смущают пропажи людей и убийств?
— Никто не знает, что он причастен. А я знаю. Знаю!
Он ударил себя в грудь, из-под пальцев посыпалась зажатая в кулаке могильная земля. Глаза старика были безумны.
— Иван, что случилось с вашей племянницей?
— А сама не видишь? — злобно сказал дед. — И Никитка с ней... Так ладно бы еще первый случай — так нет! Если вы решите проехать по окрестным деревням, то поймете, что здесь часто кто-то умирает...
— Везде кто-то умирает, — заметил подошедший ближе Резнов.
— Не так, как здесь, — старик покачал головой. — Врачи сказали — отек легких. Но я не верю!
— Отек легких сразу у обоих? — не поверила Анна.
— Смекаешь? Не бывает такого.
— Как к этому может быть причастен Светорожденный?
— Нам говогили, что у вас тут гадиация... — несмело вставил Виталик. — Может, люди умигают из-за нее?
— Коза брехала, да ворон слушал, — хищно усмехнулся старик. — Я родился тут. Сколько себя помню — радиация всегда была. А люди гибнуть начали с приходом этой гадины!
— Но это нелогично! Как человек может сделать это? — воскликнул Виталик. Старик поднял на него глаза, горящие пламенем.
— Он не человек. Он демон!
Казалось, в кирхе приглушили и без того неясный солнечный свет. Пахнуло холодом.
— Где мне найти его? — спросила Анна.
Иван, казалось, погрузился в воспоминания и не слышал ее. Его тело раскачивалось из стороны в сторону, и только бормотал: «Тайми, моя Тайми».
— Похоже, он отключился, — шепнул Резнов.
— Как найти Светорожденного? Иван! — Анна потрясла старика за плечо.
— Не ищи беса, он сам тебя найдет! — словно в бреду проговорил старик.
— Мне некогда ждать — вы понимаете, что могут погибнуть люди?
— Уже не важно... Тайми уже ушла.
— Ради Тайми, скажите мне! — Смолина опустилась на колени перед могилой и посмотрела в глаза старику. — Где Светорожденный?
— На острове... он на острове, — проговорил Иван. — Но вам туда не попасть.
— Что еще за остров? — поморщился Резнов.
— Хейнясенмаа, — проговорил старик. — Земля мертвых, царство Маналы... чтобы попасть туда, придется пересечь реку смерти — большую воду...
— Большая вода — это Ладога? Что находится на острове?
— Никто не знает. Пересечь большую воду — смерть. Это царство Маналы.
— Какой еще Маналы? — непонимающе спросил Резнов. Старик поднял на него безумные глаза.
— Покровительницы мира мертвых!
— Понятно, у вас посреди озера стоит остров Буян, на который уходят мертвые, допустим! А если мы все же хотим туда попасть? — спросила Смолина.
— Эй, ты что! — одернул ее Виталик. — Он сказал что это остгов смегти!
— И все же, — упрямо продолжила Анна. — Где этот остров?
Иван вдруг перестал раскачиваться. Казалось, сознание полностью вернулось к нему. взгляд прояснился. Он проговорил четко:
— На остров нельзя попасть. А если найдётся идиот, который все же сможет это сделать — это будет его конец. Остров просто так не отпустит.
Руна 4.
Им пришлось долго подниматься по холму, пока появилась связь. Телефон Анны с трудом уловил одну палку, и Смолина набрала номер.
— Свет, привет. Как там Ленка?
— Пока не пришла в себя, — послышался знакомый голос из трубки. — Но не переживай, состояние стабильное.
— Охрана на месте?
— Следит круглосуточно. И я здесь все свободное время. Как у вас дела?
— Не очень, — призналась Анна. Она вкратце пересказала охающей от удивления Свете то, что они узнали. — Самое пугающее — эти смерти от отека легких.
— Да уж, звучит жутко, — призналась Света.
— Ты же заканчивала мед?
— Ну и?
— Отчего может возникать отек легких?
— От чего угодно.
— В смысле?
