Леся посмотрела на него. Сева смотрел на нее. Солнце подсвечивало его светлые волосы. Он улыбнулся, рассматривая ее лицо. Может, это романтические бредни, что она обязательно должна что-то чувствовать в самом начале отношений? Может, дать Севе шанс, а влюбленность придет потом?
– Пойдем к нашим? – сказал Сева.
– Так хорошо здесь.
– Одна из лучших минут этого лета.
Леся смутилась и отвела глаза.
Они поднялись и отправились назад. Шли не разговаривая. На Лесю навалилась усталость после слез, и она бездумно смотрела перед собой. В лагере все посмотрели на Лесю, стоило ей сесть на обеденное бревно. Она улыбалась, давая им понять, что с ней все в порядке.
К ней тут же подлетела Катя:
– Ну как ты? Тебя все обыскались. Рома даже ходил за тобой. Я ему сказала, что ты, наверно, на речке. Потому что, ну а где еще? Ты больше никаких мест тут не знаешь.
– Мы не встретили его.
– Да? Ну не знаю, он ходил.
– Может, случилось что-то? – Сева огляделся. – Пойду его поищу.
И только Сева хотел пойти по тропе, ведущей к речке, как вдалеке показался Рома. Он шел быстро и как-то резко.
– Где ты был? – спросил Сева, когда они поравнялись.
– Заблудился.
– Ты?
– Да у речки свернул не туда.
– А, ну тогда понятно, а то мы бы пересеклись.
Рома хмуро кивнул. Леся все смотрела на него, и ее не покидало чувство, что никуда он не сворачивал. Слишком тяжелый взгляд был у Ромы, такой нельзя приобрести из-за досадной ошибки на местности. Наверно, он их видел. Но даже если и видел, то почему не подошел? И еще более важный вопрос: почему он так напряжен из-за того, что увидел?
После случившегося все, на удивление Леси, быстро вернулись к обычному режиму работы. Курган раскапывали без шуток, чтобы не нервировать Александра Александровича. Сама Леся работала наравне со всеми из принципа, но с А. А. старалась не общаться и всем видом показывала ему, что теперь думает о нем хуже, чем раньше. «Может, и по-детски, – думала Леся, – но хоть какая-то отдушина».
Больше всего Леся любила выходной, когда они всей толпой шли по проселочной дороге в деревню к уже знакомой им старушке помочь ей по хозяйству и помыться в бане. Во время такой прогулки Сева обычно всегда шел рядом с Лесей, рассказывал ей веселые истории с раскопок, на которых ему пришлось побывать. Катя и Рома шли чуть сзади и тоже говорили о своем. Леся нет-нет да и ловила себя на желании обернуться к ним. Ей почему-то с каким-то мазохистским удовольствием хотелось убедиться, что они неравнодушны друг к другу. Но шли Катя с Ромой хоть и достаточно близко, все же на таком расстоянии, что было ясно, что никто из них не пытался украдкой коснуться другого локтем или ладонью. Тогда Леся возвращалась к разговору с Севой и расплывалась в улыбке: такой милый, веселый и обаятельный он был.
Леся готова была ставить все, что угодно на то, что она нравится Севе. А иначе зачем он так много общается с ней? Зачем всегда подходит и заводит разговор? Зачем так по-особенному смотрит в глаза?
Конечно, Леся тут же посмеивалась над собой: точно так же она была уверена и по поводу Ярослава. И что в
Леся посмотрела на Севу. Они уже возвращались в лагерь после бани. Закатное солнце укрывалось верхушками деревьев. Мягкие солнечные лучи подсвечивали завитки Севы.
«Вот бы для него никого не было лучше меня, – подумала Леся. – Я тогда все для него сделала бы. Подарила бы всю любовь, на какую способна. Во мне ее так много. Только бы никого больше для него не существовало, как не существует для папы никого, кроме мамы».
Через пару дней Александр Александрович забыл в лагере фотоаппарат. Без него копать было нельзя, все документировалось для отчетов. Сева вызвался сходить за фотоаппаратом. Леся провожала его взглядом, когда он обернулся и сказал, глядя на нее:
– Не хочешь составить компанию?
Леся почувствовала, как от волнения стоящая рядом Катя легонько бьет ее по спине. Она давно намекала Лесе, что Сева положил на нее глаз.
Леся кивнула с каким-то равнодушным смирением. Они спустились с кургана и направились к лагерю. Леся сожалела, что на улице так жарко и что она так сильно вспотела. Вряд ли Сева не видит темные круги от пота на ее майке и рубашке.
