Тахиос оделся, посмотрел на кольчугу, скривился, вспомнив о синяках, потом всё же одел её под простой, серый в черную полоску двухслойный дублет. Он примерил ещё шерстяную безрукавку, но оказалось, что от прошлой стирки она села и стесняет движения. Сирота плюнул и надел легкий плащ, чтобы по возможности скрыть меч и кинжал.
Когда он появился на кухне, то застыл, поражённый. Более всего это было похоже на поле битвы, на которое внезапно опустился туман. Тут и там шипело, шкворчало, плевалось кипятком, молчаливо бегали несколько поварят и раскрасневшихся служанок, а матушка Догга раздавала им всем затрещины и поторапливала зычным голосом. По привычке она замахнулась и на Тахиоса, но юноша увернулся и поднял руки.
- Мир! Мир тебе, женщина! Я всего лишь забрёл перекусить.
- А, это ты, - проворчала повариха, узнав его, - вечно лезешь под руку. Что там наши знатные господа, ещё не попроглатывали свои золотые да серебряные блюда?
- Не знаю, я только встал.
- Всегда так - приходит день Лига, а ничего не готово. Вот и теперь. Даже хуже, чем всегда, - она на мгновение осеклась, а потом продолжила. - И в лицо тебе скажу - не дело это. Привели пару быков, притащили несколько хряков, да по два десятка кур, гусей и уток, а ты, матушка, сделай нам пожрать сейчас! Хорошо хоть тесто со вчера завели - пирогов да хлеба напечь.
- Мой тебе совет, матушка, - серьёзно сказал Тахиос, накладывая на лепешку паштет из гусиной печенки и перепелиных яиц, и заглядывая в большой запотевший кувшин - там оказалось кислое молоко. - Пусть у тебя всё идёт, как идёт. Не собачься с Ланье из-за этого. Они и внимания не обратят, если ты им чего-то там не додашь.
Догга внимательно посмотрела на юношу.
- Советуешь, значит? Ну, держи тогда кружку. Да смотри: полкувшина мне всё же понадобится на выпечку. И давай, не стой над плечом.
- Спасибо.
***
Миновав городские ворота - пришлось подарить десятнику крепкий поцелуй и уговориться о завтрашней встрече, Алвириан укрылась в фургоне и сменила внешность. Теперь она была черноволоса, смуглокожа и очень грудаста. Правильно нанесённая тушь и помада окончательно изменили лицо. Даже если парнишка столкнётся с ней нос к носу, он скорее попытается ущипнуть её, чем закричит: "А ну стой, хёрирово отродье!"
Приказчик тоже выглядел щёголем, а на купца силой пришлось натягивать плащ, подбитый куницей и толстую серебряную цепь.
- И вели своим слугам отобрать лучшие ткани! Я не хочу, чтобы нас швырнули в ров со стены из-за твоей скупости.
- Понимаю, госпожа, будет сделано.
- И сделай одолжение - молчи на приёме. Говорить будет Залми.
- Да, госпожа. Конечно.
"Трус, трус, какой же он трус и глупец... - дева встретилась взглядом с посланцем Снио и незаметно скосила глаза в сторону купца. - Тебе не кажется, что он помеха?" Залми холодно посмотрел на суетящегося среди фургонов торговца. "Он не нужен нам".
Это значит, что купцом решили пожертвовать там, во дворце. И компаньоны знали об этом, и получат свой барыш. Снио Серый думал на много ходов вперёд...
Они уговорились ещё в гостинице - после входа в замок Алвириан отправляется по своим делам, Залми же остаётся в общей зале до последнего и смотрит, чем закончится пир. Дева вольна потом присоединиться к нему, или дожидаться на конюшне, пока они вернутся. Ей даже не было нужды гадать на костях, спрашивая, что ждет их в замке - там их ждала опасность. Знакомая, волнующая и восхитительная...
Сильный ветер гнал колючие снежинки прямо в лицо, но это ни в какое сравнение не шло со вчерашней метелью и потому зазывалы и горожане сновали по улицам, изредка останавливаясь и рассматривая чужеземцев.
Они въехали в замок одновременно с посольством Туэркина - узкоглазые степняки в лисьих малахаях и пластинчатых доспехах смотрели исподлобья, осаживая своих мохноногих коней. Потом появились стражи во главе с рыцарем и оттеснили купцов с челядью в сторону, а самого посла и знатных бенортов в алых и черных плащах с золотой вышивкой провели во внутренний двор. Безостановочно двигались слуги. Еле слышный гомон повисал в морозном воздухе, наверху уже немного хрипло и натужно всё ещё пели трубы.
Дева осматривалась с любопытством, что позволительно даме, Залми с ленцой, купец - испуганно. Такого количества вооруженных грозных варваров он не видел никогда в жизни.
Перед входом во внутренний двор их разоружили, но никто не досматривал гостей на предмет скрытого ношения клинков, а некоторые бенортские воины проходили с мечами, потому что их род заслужил это право в давних битвах. Невзрачный писец в коричневых одеждах высовываясь из караулки, записал их имена в толстой книге и махнул рукой по направлению к входу.
В замке было прохладно из-за постоянно открытых дверей, но тронный зал, обшитый деревом, с факелами, прикреплёнными к бронзовым листам, с люстрами в сотню свечей и с музыкантами на дальних хорах был тёплым местечком.
