- Но-но, ты очередь-то не забыл? - рыцарь обнажил меч. - Знай своё место и сволоки потаскушку в чулан. А мы пока сумки досмотрим её.
Оглушенной Алвириан вывернули руки, и наскоро замотав запястья сыромятной веревкой, потащили в ближайшую башню.
Она пришла в себя почти сразу - как будто и не было удара по голове, не пинали в живот и грозные окрики раздались не над её трепещущим телом. Особой боли не было - было холодное бешенство.
"Они даже не обыскали меня. Хорошо, скоро вы все будете кричать во тьме, недоноски".
За закрытой дверью она ясно различала голоса - все четверо двигали стол и готовились к предстоящей попойке.
- А девка-то попалась тощая, не поломать бы... слышь, Рябой - ты последним будешь.
- Тощая, да гибкая - понял? А каким я буду то жребий решит!
- Но-но, вы губы-то приберите. Давайте жратву, а её сначала надо допросить, чтоб ясно было - кто она, откуда и куда, с чем пожаловала.
- Да ладно те, Валрин, нам ли не знать? Допрашивай ты её, сколь угодно, у нас на глазах - а потом, уж не обессудь, и жребий метнём.
- Как-то дерзко ты заговорил, Млисс. Неужто вновь меча захотел испробовать?
- Ты мечом своим детей будешь пугать, да стариков, понял? Я с летней бойни ничего уже не боюсь, навеки бояться перестал. И отлично помню, как ты драпал, пока мы остальных прикрывали.
- Ах ты гнида!
Алвириан попробовала на прочность свои путы и зловеще усмехнулась. Ей вспомнились уроки в закатной комнате - тот из воспитанников школы, кто не успевал выполнить задание до того, как солнце скроется за горизонтом, оставался в пыльном помещении с решетками на крошечных окнах столько, сколько пожелает наставник. О еде и воде тоже надо было забыть. Ей было двенадцать, когда отец привел её к воротам, за которыми располагался невзрачный двухэтажный особняк... Дева встряхнулась и, присев на корточки, осторожно переступила через связанные сзади руки. Потом она поплевала на ремень, всячески покрутила его, и наступив ногой, напружинила спину, пытаясь выпрямиться. Веревка растянулась достаточно, чтобы быстро освободить руки. Тогда Алвириан, прибрав плащ, вновь переступила через свои руки, чтобы все выглядело по-прежнему.
- Ну хорош, хорош вам, чего сцепились... выпейте да успокойтесь... эй, Шипун, ты никак мяса принёс? - давай сюда, надоело уже эту баланду жрать. И кто-нибудь - вышвырните собак отсюда - раз все сегодня вознамерились пить и баловать себя, то пусть хоть они на охране побудут.
- Держи, Шлом.
- Отлично. Сейчас камин разожжем, достанем последний бочонок и устроим пир на славу. Сэр Тайлисский, не угодно ли? Или вы всё же предпочитаете равноправно тянуть жребий, кому сегодня быть часовым?
- К Хёриру! - неразборчиво промычал рыцарь. - Допьём последнее, а там кто проспится - тот и часовой.
- Дело говорите, сэр Валрин, да будет так! Надвигается метель, судя по тому, как птицы себя ведут и только безумец в такую погоду по дорогам следует. Так что, братья, собирай на стол!
- Ну и что же нам с вами делать, а? - рыцарь небрежно потыкал кинжалом в рассыпанные по столу вещи шпионки. - Ни грамот. Ни подорожных. Но смотрите-ка - золотишко кое-какое имеется, наверняка для подкупа, а так же чернила и перо - доносы свои строчить, на вот такой вот красивой тонкой бумаге. А в Илоне сидит твой дядюшка и наверняка голубков подкармливает, чтоб они силы набирались, писульки твои по свету носить. А?!
Алвириан стояла перед ним и смотрела в пол. Был уже вечер - стражники изрядно напились, а у крыльца башни возились псы, которым сегодня перепало конского мяса и костей.
- Да сто ты с ней целемонисся, давай её сюда! - громко крикнул Шипун и вызвал взрыв грубого хохота у сотоварищей.
- Молчать! - вскочил со своего места Валрин. - Молчать, пропойцы, висельники, будьте вы прокляты! Я говорю!
- Они не понимают, кого схватили, - тяжело дыша, всё же улыбнулся он Алвириан, - им бы всё себя потешить. А мне надоело торчать на границе. Пожгли нас летом ещё - только отстроились, два пальца об заклад ставлю, что весной опять пожгут - бешеные они, эти бенорты, когда дело до схватки доходит. А тебя я сберегу - ты меня вытащишь отсюда.
Алвириан выгнула бровь.
- И даже поразвлечься со мной не захотите?
- Это успеется, - посулил рыцарь, оглядывая залу помутневшим взором. - Тебя как зовут?
- Дахата.
- Ох и имечко, - он потянулся к пергаменту, желая заполнить его по всей форме, потом сдался, ослабил пояс и рыгнул. - Не желаешь признаться сейчас?
- В чём?
- Ну, что ты - эта... за которую себя выдаёшь...
- Слышь, Валрин, долго ты там ещё канителиться будешь?
- Ох, как непочтительно разговаривают они с вами, рыцарь из Тайлисса, - тонко улыбнулась Алвириан. - Неужто вы это стерпите?
- А ты коварная, да? - криво усмехнулся Валрин, вытерев бороду. - Стравить нас пытаешься? Не выйдет, не выйдет, неет...
- Потому что не вы у них верховодите. Как скажет тот молодчик с арбалетом, так и будет, да?
- Заткнись, сука, - прошипел рыцарь, перегнувшись к ней. - Не за тем тебя позвали.
- Ах, позвали! Ребята! А ваш главный хочет меня тайком увезти в Илон! Ждёт только, когда вы заснёте!
- Тварь!
