Прокручивать в памяти момент за моментом, каждый день последних четырех лет, запивая каждое воспоминание шеридансом - благо, с горла пить не получится*, и налакается в хлам он не так быстро.
Вкус чуть приторный, но приятный - ликер действительно хорош.
В глазах стоят слезы, и приходится стирать мокрые дорожки и без того скользкими ладонями, которые уже не могут держать тяжелую бутылку.
Если не хватает сил умереть быстро и безболезненно, придется убивать себя потихоньку.
Почему-то скрипит входная дверь.
***
Маркус отвлекается всего на минуту, но Саймону хватает этого времени для того, чтобы исчезнуть в неизвестном направлении.
Кара в ответ лишь пожимает плечами.
- Может быть, домой ушел. Не знаю, куда еще он мог пойти сейчас.
- Дашь его адрес?
- Конечно. Сейчас напишу сообщением.
Она достает телефон, быстро печатая адрес бледными пальцами; когда телефон Маркуса мигает, уведомляя о сообщении, он благодарно кивает и тоже покидает компанию.
Улица знакомая, но приходится поплутать, прежде чем Маркус подходит к указанному в адресе дому. Квартира на первом этаже; проходит еще пара минут, прежде чем парень отыскал ее.
Маркус заносит руку, собираясь постучать, и с удивлением обнаруживает, что дверь не заперта и чуть приоткрыта.
Дверь чуть скрипит, когда парень проходит внутрь.
- Кто там? - голос из соседней комнаты, немного хриплый, но точно принадлежащий Саймону.
- Маркус. Почему у тебя дверь не заперта? - попутно стягивает кроссовки, закрывая за собой дверь; не получает ответа и идет в комнату, откуда слышал голос Саймона.
Картина маслом, вот только рисовать такую не хочется.
Маркус подходит ближе, забирает из скользких пальцев бутылку и принюхивается.
- Ликер? И с чего ты решил напиться?
- Шериданс. Не твое дело. - бутылка снова оказывается у Саймона; взгляд голубых глаз чуть мутный и расфокусированный.
- О, даже так. - Маркус хмурится и садится рядом с ним, опираясь на диван и чуть соприкасаясь плечами.
- Что произошло? Саймон, серьезно, ты можешь мне рассказать.
В ответ лишь молчание и стук бутылки о стакан; Саймон снова делает глоток, поворачивается к Маркусу лицом и трясет бутылкой.
- Знаешь, Маркус, я блядски пьян, поэтому если я начну к тебе подкатывать, то прошу забыть об этом.
- С чего бы тебе ко мне подкатывать? Ты же влюблен в другого, разве нет?
Саймон горько усмехается, наткнувшись на непонимание в разноцветных глазах, и вздыхает.
- Маркус, ты такой дурак. Дурак и слепец. Ты был слеп все эти четыре года, и даже сейчас, когда все факты у тебя перед лицом, ты отрицаешь очевидное. - пауза, прерываемая глубоким вдохом. - Я люблю тебя, Маркус. Вот только это уже не имеет значения, ведь ты любишь другого.
- Знаешь, Саймон, ты еще больший слепец, чем я. Потому что единственный, кого я люблю, это ты.
Саймон вскидывает голову, смотрит неверяще голубыми глазами, и тихо смеется в ответ.
- Это хороший розыгрыш, Маркус. Вот только я не ведусь на подобное.
- Тебе нужны доказательства?
- Мне нужно что-то большее, чем просто слова.
Их лица непозволительно близко друг к другу, и Маркус может почувствовать приторный запах шериданса и еле заметный аромат жасмина. В глазах напротив хочется утонуть - и он впервые позволяет себе это.
Их губы нежно соприкасаются, мягко сминая ровные линии; перед глазами все плывет, и они закрываются, заставляя сосредоточить внимание на чувствах.
Кожа под ладонями горячая и мягкая; руки нежно ложатся на грудь, опускаясь вниз, и плавно обхватывают талию, притягивая еще ближе к себе.
Саймон обнимает его за шею, проводит рукой по щеке и сильнее прижимается губами, вкладывая все свои чувства в первый поцелуй.
В родных объятиях тепло и хорошо, отстраняться не хочется совсем; но воздух быстро кончается, кислорода не хватает; перед глазами уже мелькают звезды, и поцелуй приходится разорвать.
Они тяжело дышат, пытаясь восстановить запас кислорода; Саймон утыкается лицом куда-то в район шеи Маркуса; тот проводит носом по золотистым волосам, вдыхая слабый аромат жасмина.
Их руки находят друг друга, переплетая пальцы и заставляя чуть вздрогнуть; кожа чувствует все слишком остро, словно оголенные провода.
- Не уходи, Маркус.
- Я не уйду.
Комментарий к IV. Wind Of Change
* Шериданс - ликер, известный оригинальной бутылкой, в которую его разливают. Этот сосуд состоит из двух отсеков, в одном из которых размещается шоколадно-кофейная часть, а в другом – ванильно-сливочная. Горлышко же бутылки устроено таким образом, что при наливании в стакан из бутылки вытекает строго две части шоколадной составляющей и одна – ванильной.
========== V. I’m Not Saying Goodbye ==========
Пробуждение откликнулось болью в висках; в ушах неприятно гудело, и глаза совершенно не хотели открываться.
Кожи касалась прохладная ткань, заставляя поежиться; солнечный свет бил по глазам, и от этого голова болела еще сильнее.
Саймон сел в кровати и закрыл лицо руками, пытаясь вспомнить вчерашний вечер; голова гудела, и воспоминания были будто подернуты дымкой.