| "It's a part of God's great unfathomable plan; think of it like that!" | - Неисповедимы пути господни, поймите это! |
| Frank shook off the detaining hand and walked to the door with his light, deadly, tiptoed gait. | Фрэнк стряхнул его руку и легким, неслышным своим шагом, шагом опасного крадущегося зверя пошел к выходу. |
| He was born to be a boxer, thought Father Ralph in some detached corner of his brain, that cardinal's brain. | Да, он прирожденный боксер, мелькнуло в мозгу отца Ральфа - в бесстрастном мозгу прирожденного кардинала. |
| "God's great unfathomable plan!" mocked the young man's voice from the door. | - "Неисповедимы пути господни!" - передразнил с порога Фрэнк. |
| "You're no better than a parrot when you act the priest, Father de Bricassart! | - Когда вы разыгрываете пастыря духовного, вы просто попугай, преподобный де Брикассар! |
| I say God help you, because you're the only one of us here who has no idea what he really is!" | Да помилуй Бог вас самого, вот что я вам скажу, из всех нас вы тут один понятия не имеете, что вы такое на самом деле! |
| Paddy was sitting in a chair, ashen, his shocked eyes on Meggie as she huddled on her knees by the fire, weeping and rocking herself back and forth. | Пэдди, мертвенно-бледный, сидя на стуле, не сводил испуганных глаз с Мэгги, а она съежилась на коленях у камина и все плакала и раскачивалась взад и вперед. |
| He got up to go to her, but Father Ralph pushed him roughly away. | Он встал, шагнул было к ней, но отец Ральф грубо оттолкнул его. |
| "Leave her alone. | - Оставьте ее. |
| You've done enough! | Вы уже натворили бед! |
| There's whiskey in the sideboard; take some. | Возьмите там в буфете виски, выпейте. |
| I'm going to put the child to bed, but I'll be back to talk to you, so don't go. | И не уходите, я уложу девочку, а потом вернусь, поговорим. |
| Do you hear me, man?" | Слышите вы меня? |
| "I'll be here, Father. | - Я не уйду, ваше преподобие. |
| Put her to bed." | Уложите ее в постель. |
| Upstairs in the charming apple-green bedroom the priest unbuttoned the little girl's dress and chemise, made her sit on the edge of the bed so he could pull off her shoes and stockings. | Наверху, в уютной светло-зеленой спаленке, отец Ральф расстегнул на девочке платье и рубашку, усадил ее на край кровати, чтобы снять башмаки и чулки. |
| Her nightdress lay on the pillow where Annie had left it; he tugged it over her head and decently down before he removed her drawers. | Ночная рубашка, приготовленная заботливой Энни, лежала на подушке; отец Ральф надел ее девочке через голову, скромно натянул до пят, потом снял с нее штанишки. |
| And all the while he talked to her about nothing, silly stories of buttons refusing to come undone, and shoes stubbornly staying tied, and ribbons that would not come off. | И все время что-то болтал о пустяках - пуговицы, мол, не хотят расстегиваться, и шнурки от башмаков нарочно не развязываются, и ленты не желают выплетаться из кос. |
