- Я устал от этого! – воскликнул Рейлан. – Я хочу знать, что правильно и что нет. С детства мне говорили одно, сейчас показали другое. Обе стороны не могут быть правы, но я не понимаю, какую из них выбрать. Знаешь, как я из-за этого отвратителен сам себе? То я уверенный член общества Сол, твёрдо верящий: мир должен принадлежать людям. То невольный пленник этого мира и радуюсь капле свободы, которую увидел на той стороне. Я хочу быть уверен в себе и в этом мире.
- Но ведь это жизнь, - неуверенно начала Тира. – У каждого есть тёмная и светлая сторона. Храбрый воин вдруг становится растерянным ребёнком. Святой – предателем. Законченный убийца – мучеником. Всё это жизнь. Такая непонятная, горьковатая и одновременно сладкая, сумбурная, весёлая или грустная – всякая. Мы можем быть разными в зависимости от испытаний, которые нам выпали. И всё это будет правильным.
Рейлан свернул на дорожку, ведущую в парк. Деревья по обе стороны склонились друг к другу, образовав длинный коридор. Ни птиц, ни людей не было слышно – непогода заставила всех спрятаться. Только ветер гонял листья по дорожкам.
Рейлан вдруг почувствовал усталость. Он хотел провести вечер за работой, но понял, что сейчас ему нужно другое: прогулка по парку и беседа ни о чём.
- Звучит, словно монолог в одной из твоих пьес, - Рейлан ухмыльнулся, стараясь спрятать свою растерянность. Пора возвращаться к привычной роли.
- Я произносила что-то похожее, - Тира лукаво улыбнулась. – Скоро дни двоелуния. Мы поедем за Нитой?
- Обязательно. Я не отступлюсь, - в голосе едва уловимой тенью мелькнуло сомнение.
- Может, ей остаться такой, какая она сейчас? – Тиры заговорила с тоской. – Она ведь довольна своей жизнью.
- Нита – ребёнок и ещё не понимает! Пройдёт несколько лет, и она захочет стать частью нашего мира, но дороги не будет. Я должен что-нибудь сделать, - Рейлан говорил горячо, с напором, но он уже вовсе не был так уверен в своих словах.
- Хорошо. Когда мы выезжаем?
- Тебе не стоит ехать. Это опасно.
- Я – мать!
- Мать, а не отец. Это я должен вас оберегать.
- Ты знаешь, что я не уступлю. Говори и делай что хочешь, но я еду с вами, - Тира заглянула Рейлану в глаза и улыбнулась: - Ты же сказал, что я тебе нужна. Значит, мы должны ехать вместе.
- Лучше бы я тебе был не нужен, - сказал Рейлан так тихо, как только мог. Тира не обратила внимания, только улыбалась.
Прогремел гром, и в ту же секунду хлынул дождь. Тира схватила Рейлана за руку и потащила за собой, весело смеясь. Он улыбнулся и кинулся следом. Прошедшие годы исчезли, и Рейлан почувствовал себя другим: кем не был, но хотел быть.
Фай
Комната Фая теперь никогда не пустовала. Найла явилась к нему следующим вечером и заявила, что останется здесь. За прошедшие два года её родной дом сгорел, судьбы родных она не знала, но не стремилась найти их. Фай не успел возразить, как она уже стала деловито ходить по комнате и передвигать его вещи.
Найла постоянно пропадала на несколько дней, затем возвращалась с кипой книг и часами сидела за ними, и так за разом. Иногда к ней приходил Парис. С Фаем они обменивались злобными взглядами, но не говорили друг с другом.
Резор всё чаще отказывался возвращаться в книгу и исследовал город. Фай опасался за него и за Кион, но не перечил магу. Амая и Шир переживали за Фая и всё больше времени проводили рядом.
Своё время Фай посвящал книгам и урокам с Резором, иногда гулял с Амаей или Найлой. Он почти не показывался на собраниях группы. Пока это сходило ему с рук, но Фай не сомневался: за ним присматривают. Вернётся профессор, и ему несдобровать.
Как всегда маленькая комнатушка была полна. У окна за столом сидела Найла и аккуратно переписывала из книги в тетрадь тайные знания, понятные ей одной. Резор только вернулся с прогулки, задумчиво сидел в кресле и чертил рукой в воздухе магические узоры, которые на миг обретали цвет и тут же исчезали. Книга дала знак, и вот уже появилась Амая. Фай знал, что сосед старался подслушать и подглядеть, но благодаря магии Резора происходящее в комнате было ему не доступно.
- Идём же! – потребовала Амая. – Тебе нужно больше отдыхать, ты совсем перестал улыбаться. Когда мы познакомились, улыбка не сходила с твоего лица, а сейчас ты стал, словно он, - девушка кивнула в сторону Резора.
- Моей улыбки достойны лишь некоторые. Вы в этот круг не входите, - подал голос маг.
- Пойдём! Ради меня!
- Не ведись. Это ловушка, - Найла на миг оторвалась от книг. – Тебе нужно сосредоточиться на учёбе. Девушки могут только отвлекать от истинной цели.
Амая скривилась:
- Сгубила себя под стопкой книг, так не делай этого с другими.
- Я тружусь над спасением мира, ты только шляешься. И кто себя губит?
- Могу себе это позволить. В моей жизни не только книги, в ней есть место людям.
- Ну да, все хотят погулять с ребёнком. Ты своей худобой и бледностью вызываешь только жалость.
- Я хотя бы что-то вызываю, а ты навеваешь тоску.
Ну вот опять! Девушки не упускали возможности сцепиться. У всегда тихой и скромной Амаи прорезался голосок, равнодушная Найла вдруг начинала сыпать колкостями.
