Резор закатил глаза, шепнул заклинание, вскинул руку, и девушки лишились голоса. Фай засмеялся. Найла швырнула в мага книгу, но он остановил её одним взмахом. Девушка тут же вскочила, подобрала томик и погладила его по обложке. Фай схватил Амаю за руку и потащил за собой. Как только они оказались на улице, он снял заклинание, и девушка голосом Шира забранилась на Резора.
В последнюю встречу Амая сказала, что хочет выйти за пределы города. Шумный Кион, так отличающийся от привычного для неё мира, удивлял и пугал девушку. Фаю тоже наскучил город, и он с радостью откликнулся на просьбу Амаи.
Они прошли мимо станции. Гудя и выплёвывая клубы чёрного дыма, проехал паровоз. Пересекли людную площадь. Фай запрыгнул на ступеньку последнего вагона трамвая, подхватил Амаю. Трамвай обгонял носильщиков и повозчиков, а его обгоняли редкие паромобили. Они проехали под мостом, по которому шла процессия нортийских солдат во главе с обученными воинами. Они шли с юга на север, в столицу Союза Вольных городов. Одетые в чёрно-красную форму, с ружьями на плечах, они чеканили шаг и выглядели уверенно и грозно. Кионцы громко приветствовали их, махали руками или шляпами, кричали. На крышах цветастых домов вперемешку висели флаги: нортийская саламандра и кионский жезл, обвитый двумя змеями и увенчанный крыльями.
Вечерело. Из окна трамвая Фай увидел, что на небе уже показалась привычная Иннектио и её редкая подруга Иннерио. Близилась ночь двух лун. Опять со всей округи соберутся торговцы, циркачи, актёры и фокусники. Устроят большую ярмарку и разные представления. «Амая должна это увидеть», - с улыбкой подумал Фай.
Они выскочили из трамвая, преодолели первую защитную стену и пошли вдоль неё. Если повернуть налево, можно пройти через ряд городков, таких крошечных, что их можно исходить меньше, чем за полчаса. В одном из них вырос Фай.
Он вспомнил, как давно не был дома, совесть тут же зашептала, какой он неблагодарный сын. Фай легко успокоил её: ещё в школьные годы ему приходилось жить вдали от родителей, они куда больше радовались, когда он учился, нежели был дома. К тому же в семье подрастали ещё двое младших шаловливых сыновей, за которыми нужен был глаз да глаз.
Фай взял Амаю за руку и повёл направо, вдоль заросших полей.
- Вот бы сбежать отсюда! – сказала Амая. – Я помню совсем другой мир, он был так прекрасен.
- Чем он был лучше?
- Не было всех этих ваших, - Амая замялась. – Изобретений. Они портят воздух и так шумят. Наши дома были ниже, меньше, не такие яркие, из дерева или серого камня, но жилось в них приятнее. Даже в городах властвовала природа, а сейчас я не увидела ни одного деревца.
- Это только Кион такой да Норт, быть может. Торлигур, где я родился, совсем другой. Если бы ты видела горы! Какой там воздух! И сколько садов, и птицы поют так громко. Знаешь, однажды школа и весь Кион стали мне так ненавистны, что я сбежал.
- Что ты делал в это время? – с интересом спросила Амая. – И почему вернулся?
- Бродил по улицам, познакомился с двумя ребятами, братом и сестрой. Сначала мы подрались, но потом стали лучшими друзьями. Они тоже не любили Кион, мечтали сбежать навстречу приключениям. Вместе мы спасли собаку, которую избивали мальчишки. Она была такая огромная! И рыжая, в лучах солнца её шерсть словно горела огнём. Она не умела лаять, но была самой доброй и верной. Вчетвером мы пробрались в поезд и отправились на юг, за пределы города. Через несколько станций нас, безбилетников, поймали и высадили. Пешком мы отправились обратно в Кион. Мы шли долго, устали, изголодались. Но как же я люблю вспоминать те дни!
Оскур был ужасным выдумщиком и спорщиком, в какие только ситуации мы не успели попасть. Марса оказалась такой смелой и упрямой, не хуже любого мальчишки. Я тогда решил, когда вырасту, женюсь на ней. Мы скитались по улицам, воровали кошельки у прохожих, скупали сладости, ночевали на лестницах. Но вот Оскура и Марсу отыскали родители и забрали домой.
Перед расставанием мы пообещали друг другу увидеться за второй стеной. Мы хотели уйти так далеко, чтобы нас уже никто не нашёл. Я ждал, сколько мог. Ни Оскур, ни Марса не пришли. Однажды вместо них появился хмурый черноволосый парнишка на пару лет меня старше. Он молча накинулся на меня. Он был худ, как сама смерть, а дрался, точно бес. Я лежал так долго, что уже засомневался: жив ли я? Наконец, стражники нашли меня, подлечили и отправили в школу. Учителя, конечно же, придумали строгое наказания, но это того стоило. Меня до сих пор мучает вопрос: куда пропали Оскур и Марса и почему черноволосый так на меня ополчился?
- Может, сбежим? – Амая с надеждой заглянула в карие глаза Фая. – Я не Оскур и не Марса, но, как и ты, не люблю этот город и хочу убежать навстречу новому. И снова быть живой.
Фай на миг остановился, но тут же пошёл вперёд. Он медлил с ответом. Сколько раз он рисовал выдуманный мир, покрывал страницы книг чудовищами из легенд. Можно сбежать, и ему откроется куда более чудной, чем в фантазиях, мир. Фай взлохматил чёлку и выдавил:
