Ну разве я не сошла с ума? Все мои мысли — скомканный бумажный лист. И я не могу теперь понять, как правильно нужно мыслить, не могу определить для себя свои следующие действия. Я опустела и снова наполнилась, но вот только радость сменилась тягостным переживанием. Ещё сутки назад я с плохо скрываемым волнением ожидала Рафаэля у себя в гостях, и эта эйфория была не похоже ни на что другое в моей жизни. Сладкое предвкушение, клокочущая радость внутри. Мне было спокойно рядом с ним, мне было весело, по-домашнему уютно и трепетно от того, что это моя личная тайна. Тайна на нас двоих. И что эти совместные минуты не принадлежали никому, кроме нас. Что-то чарующе запретное и оттого такое желанное. Мне было искренне жаль бедного солдатика, вынужденного стать изгоем. Я ощущала себя особенной рядом с ним, его единственной светлой полосой в жизни (как бы самонадеянно это ни звучало). Но что же я получила? Нет никакого солдата, нет никакого одинокого мутанта. Есть двухметровая говорящая черепаха с семьёй в канализации.
От осознания правды хотелось выть в прямом смысле. Мои домыслы, мои фантазии разбились в пух и прах, и я склонилась над осколками и вижу своё расплывчатое отражение в них. Оно смеётся надо мной, злобно скалится. Но я не хочу, я сопротивляюсь. Не может такого быть. Не может вот так всё кончиться. В конце концов, Рафаэль не изменился. Он такой же, и будет таким же. Эта правда не сделала его иным. Но может, я ушла в свои фантазии слишком далеко? Надумала себе того, чего и не было? Возможно, в самой глубине души я хотела ему понравиться, хотела, чтобы у него была симпатия ко мне. Где-то на подсознании я ловила себя на этой мысли, хотя, впрочем, может это свойственно всем представительницам женского пола. А сейчас? Возможно, он уже не симпатизирующий мне мутант, а прирученное животное… Как же мне понять это?
Последняя прядка была выпрямлена, и моя копна волос уменьшилась в объёме раза в три как минимум. Ну вот хоть на человека стала похожа — ухоженного и причёсанного, — а то всё как гнездонесец ходила, хоть птиц приманивай и яйца собирай. Но от такого долгого издевательства над волосами руки быстро затекают, поэтому балую себя нарядным видом я нечасто. А сейчас просто так чувствовала, просто хотела привести себя в порядок, даже не знаю почему. Ведь это не собеседование, просто встреча с семьёй Рафаэля — остальными мутировавшими лабораторными объектами, — так может, никто и не оценит мой внешний вид. А может, наоборот, будут сканировать меня с головы до ног. Кто их знает, этих черепах?..
После макияжа по всем стандартам нынешней моды пришло время для выбора одежды. В платье не пойдёшь — холодно там, наверное. Как задует под подол, потом опять валяться с простудой. Да и вообще, в чём обычно ходят в канализацию? В спецовке? Может, мне стоит скафандр на себя нацепить с баллоном воздуха, а то там внизу представляю какое благовоние. Такое, что даже после проветривания Рафаэль ещё долго благовоняет. Тогда надеть, что не жалко. А что не жалко? Всё жалко… Спортивный костюм был уж совсем мне ни к макияжу, ни к причёске, дождевик — тем более. Остановилась на джинсах и свитере, который из более-менее свободного превратился в приталенный за последнее время (хватить жрать, Рокси!) — если там реально холодрыга, так хоть не простужусь. Любимые серёжки-кольца, подаренные тётушкой. Она-то думала, что я ими Дэвида охмурять буду, а тут… семейку подземных черепах.
Интересно, а они такие же, как Рафаэль? Большие и суровые парни? Если у них ещё и характер схожий, то вообще труба. Помнится, в первые наши встречи не всё было гладко. Но у меня для таких чудиков одно оружие — тортик. Если уж Рафаэлю нравится моя стряпня, то и им, может, тоже прокатит.
Оглядывая себя в зеркало, я подумала, когда в последний раз так наряжалась? Даже на свиданке с Дэвидом я по поводу внешнего вида сильно не заморачивалась, ну, а про встречи с моим ночным другом вообще молчу. Да и в целом, когда у тебя по три подработки за день, то уже не до наведения парадно-боевого образа. Ну пусть если не родственников Рафаэля порадую, так хоть саму себя.
Как по волшебству, в комнату вваливается зелёный чудик и как обычно без стука. Он не проходит в комнату, а стоит на пороге и подозрительно молчит. Я оборачиваюсь, и в ту же секунду острый взгляд просто пронзает меня своим недовольством. Руки сложены на груди, повязка опять в складочках.
— Привет, — голос дрогнул, но не от грозного вида Рафаэля, а от волнения. Уже пришло время, пора спуститься вниз. А что меня там ждёт? Вдруг там очередные маньяки? Маньяки-черепахи… И сбежать будет некуда. Может, вообще не надо было всё это затевать?
— Что у тебя с волосами? — пройдясь по мне пристальным взглядом, спросил Рафаэль, недоумевающе вертя головой, и я рефлекторно прикоснулась к гладким прядям.
— Просто выпрямила, — пожав плечами, ответила я, накручивая кончик локона на палец. Теперь мало того, что волосы стали менее объёмными, так ещё и удлинились, что не могло меня не радовать.
