Сон. Такой сладкий, затягивающий и бесконечный в своих пределах. Как же хочется утонуть в этой блаженной неге, отдать свой разум этому туманному миру грёз, где нет ни правды, ни лжи, где разноцветными мазками рисуется необъятное море сновидений, таких ярких, таких красочных… Немного дымчатых, туманных, ускользающих. И там я свободна, открыта всему миру, лечу навстречу солнцу, согревающему холодную кожу своим теплом. Россыпь мурашек растворяется под тонким покрывалом, подаренным дневным светилом. А рядом, на этом ультрамариновом полотне, загорается луна — огромный серебряный шар, усеянный кратерами, как шрамами. Она холодна и одинока. Она живёт на другой стороне суток, на тёмном небе, накрывающим людской мир сладкой полудрёмой. И как бы луна ни тянулась к солнцу, как бы сильно она ни гналась за ним, ей никогда не догнать его. Они мчатся по кругу, и эта бесконечная карусель обречена быть навеки несчастной попыткой сблизиться друг с другом. И отчего-то так плохо на сердце, так щемит в груди… Ведь только здесь, в моём добром и уютном сне они могут быть вместе. Крошечные солёные водяные искорки разделялись на множество одинаковых капель, распространяясь прозрачным бисером по небосводу. Но я продолжала плакать… Яркий свет озаряет пространство, обжигает пышущее пламя — это холод прикоснулся к теплу. Это луна дотянулась до солнца. И тысячи осколков разлетелись в один миг, крошечных, кристаллических. Я парю среди них, затаив дыхание, и в каждом из этих фрагментов вижу своё отражение. Луна сошла со своей орбиты, округлый край сколот, и мелкие частички застыли в полёте, отделяясь от холодного спутника. Она рассыпана, она повержена. Теперь не так хороша, теперь утратила своё истинное предназначение. Стоило ей только прикоснуться к солнцу…
Лёгкие поглаживания по моей руке чувствовались сквозь плотную пелену сна. Они силой хватали меня за шкирку и тащили сквозь густой тяжёлый туман. Я цеплялась за осколки, взывала к луне и солнцу, чтобы они не позволили меня отдалить от себя, но их силуэты уже исчезали там, за гранью. Они снова разлетались по разные стороны, как это было всегда, исчезая из моего сна навеки.
Нехотя я разлепила тяжёлые веки, но это далось мне с большим трудом. В комнате всё ещё темно, а значит не время вставать. Можно поспать немного. Ну ещё чуть-чуть. Обнять свою прохладную мягкую подушку, закутаться в тёплое пуховое одеялко. Как приятно понежиться в его объятьях ранним утром, радуясь мысли, что ещё не скоро вставать.
— Эй, — послышался осторожный шёпот, и я снова попыталась открыть глаза. Сквозь сонную завесу неожиданно для себя разглядела крупный силуэт, склонившийся надо мной. Поморгала, сгоняя дремоту, со стоном потянулась, расправляя затёкшие в одном положении мышцы.
— Привет, — мой хриплый голос ещё не проснулся, но я и не хотела его будить. Ещё бы немного подремать.
— Привет, — тихо ответил мне Рафаэль, вызывая у меня улыбку. В такую рань я его ещё тут не видела. Чисто инстинктивно сжала его ладонь, которая уже держала мою, и снова закрыла глаза.
— Просыпайся, — тёплое дыхание защекотало моё ухо, и не получилось подавить накатившую дрожь, приведшую за собой табун мурашек по всему телу.
— Зачем? — сквозь сон пробубнила я, уже снова мчась навстречу Морфею, чтобы окунуться в его ласковые объятья.
— Я хотел тебе кое-что показать, — звал меня голос, заставляя остановить бег в царство снов. Опять разлепляю глаза насильно.
— Что? Что-то показать? Зачем? — выхватила руку из его ладони и подложила под щёку. Холодненькая. От приятных ощущений довольно улыбнулась. — А можно попозже? Я могу и до вечера подождать… И вообще… до завтра… или до после-послезавтра…
— Нельзя. Потом не получится, — настойчиво звал меня голос, которому уже нельзя было сопротивляться. Всё равно бесполезно.
Я открыла глаза, недовольно хмурясь и всё ещё надеясь, что Рафаэль пошутил или что он мне снится, и не надо вставать. Но он уже отошёл к шкафу, достал оттуда мою тёплую куртку и меховые сапожки и вернулся обратно ко мне. Я села на кровати, слегка покачиваясь и дуя губы от очередной несправедливости этой жизни. Упёрлась лбом в панцирь и протестующе замычала, на что услышала только смех.
— Нам что, надо на улицу выходить? — спросила я, слыша, как Рафаэль поставил на пол мои сапожки. — Ну давай лучше поспим. Ведь это так хорошо. Спать…
— Сегодня выходной, выспишься, когда придёшь, — усмехнулся мутант, поворачивая голову и пытаясь заглянуть назад, чтобы разглядеть меня.
— Вот именно. Единственный день, чтобы отоспаться, — ладно, всё равно толку нет ныть. Может, что-то действительно важное этот здоровяк приготовил. Я опустила ноги на пол, садясь рядом с Рафаэлем, громко зевнула и потянулась. Как же приятно расслабить мышцы после сна… Мягкий мех нежно щекотал ноги, создавая ощущение комфорта. Я посмотрела на Рафаэля — он молча наблюдал за сонной тетерей, но больше не смеялся. Просто молчал. Резко встал, я от неожиданности даже подпрыгнула на месте. Так же молча подал мне куртку.
