После «накачки» идём в наш ангар. Дмитриев усмехается:
– Доходит, товарищ лейтенант.
Надо прикинуться шлангом. Инстинкт подсказывает. Придуриваюсь:
– Не извольте беспокоится, товарищ начальник. Всё понимаем, всё сполним. По мере возможностев. Знаем, куда идём. Не на танцы. Вдруг враг в дуло песку, а? Наше дело – ремонт. В «летучках» всё подметём, приберём. Струмент весь соберём, что смогём. Надо будет – так и в другом взводе спи…м. Ну да вы подскажите, чего где лежит зазря. Командир-то озадачил.
Дмитрий на эмоции был весьма скуп. Громко никогда не орал. И не хохотал. Всё тишком. Чувства юмористичного был не лишён, однако.
Опять усмехнулся.
– На блаженного ты не машешь. А придуриваться все горазды. Дьяк приказал – поясню. В «летучках» не струмент трэба. Стол, шкаф, сундук, табуретки. Это проверишь, закрепишь. Хорошо бы пару хороших кроватей, холодильник. Да нету. Запасись раскладушками у старшины. А в сундук – посуду! Опять же, у Разбойника. Он знает. Всё пока.
– Момент, – тормознул я Дмитриева, – А в прошлый раз что приключилось? Дьяк дважды мордой ткнул. Просвети.
– Начальника полигона требовалось срочно отвезти. По делу. Стратегическому. Кажется, в баню, – вынужден был приоткрыть предо мной частицу тайны мой начальничек.
«От-те на…», – булькнуло в голове. Остолбенел. Выпучился на Дмитрича, видимо, рот приоткрылся.
– Так значит…, – стало доходить до меня потаённое тактическое значение взвода ремонтного артиллерийского.
– Да, да. Кумекай дальше сам, – значимо стал кончать инструктаж арт-начальник, – Фургоны должны быть внутри прибраны, как свадебные. В прошлый-то раз командира полигона чуть не зашибло то ли «струментом», то ли печкой.
Я остался столбом задумчивым. Митрич гордо собрался удалиться. Но ещё обернулся ко мне:
– Да не дрейфь, салага. И Соловей, и водилы дело туго знают. Ты, главное, им не мешай. Но взирай каждый секунд очень строго. Так что взвод наш на Ладоге – для особых поручений. Цени и помалкивай.
Я запоздало пискнул:
– А Гасюнас и Пуоджюнас, водители-механики…?
«Значит, хитрые водилы кой-чего навидались. Вот откуда Гасюнас в дворцовых тайнах волокёт. А я-то стволы выправлять своими силами удумал. Заткнуться мне вовсе теперь следует или же дома, на побывке, прихвастнуть можно? Мол, командую частью особых назначений…»
