Чтобы хотя бы немного расслабиться, я приняла контрастный душ. Привела себя в порядок и вышла на балкон, накинув на плечи плед. Воздух с каждым днем становится холоднее, подготавливая природу к зиме. Не успела я насладиться лучами солнца и спокойствием, как заметила открывающиеся ворота и въезжающую на территорию особняка машину.
Джексон вернулся, и пора начинать игру снова.
Я настроила себя на тяжелую миссию, сравнимую с изнеможённой битвой, и отправилась встречать своего «врага». Сомнительный статус, но другом я этого мужчину точно назвать не в состоянии, учитывая то положение, которое он выстроил для меня.
Выйти в холл и встречать «любимого супруга» с улыбкой — внутри все горит от чувства безысходности.
Поцеловать в щеку и обнять — внутри все горит от отвращения.
Позволить ему поцеловать меня в губы — внутри все сгорает от нетерпимости.
Я смотрю как закрывается входная дверь и у меня просто громадное желание выбежать в это свободное пространство, которое запретно для меня. Раньше я боялась этого большого незнакомого для меня после потери памяти пространства. Теперь же вижу там свое спасение.
После того, как мне открыли глаза, складывается ощущение, будто вокруг меня воздвигли стальные колющие иглы, которые препятствуют моему побегу. Я чувствую лишь одну опасность вокруг и постоянно оглядываюсь, присматриваюсь к окружающим, никто ли не подозревает меня. Я схожу с ума и это необратимо. Я уже не думаю, что меня ждет в будущем и как я буду справляться. Сейчас важно отыгрывать свою роль. После уже начну думать, как мне убежать от Джексона и скрыться от него навсегда.
Понадобится много денег и документы на другое имя.
Мне кажется, если я начну кричать о помощи, то меня никто не услышит. А те, кто услышит, подумают, что я сумасшедшая, ведь вокруг меня столько роскоши, а рядом любящий и заботливый мужчина. Как удобно смотреть лишь на обертку и считать, что если она красивая, то и содержимое будет вкусным.
Нам накрыли ужин. Джексон как обычно с аппетитом уплетает еду напротив меня. Все его внимание отдано вкусной пище и это для меня отличная возможность сверлить его ненавистным взглядом.
Что этому человеку нужно от меня? Кто он? Что нас связывает? Почему он так со мной поступает? Почему он по крупицам отбирает мою жизнь и играет с ней?
В голове рой вопросов, и я не знаю куда мне деться от них. Я хочу спрятаться от всего, что меня сейчас окружает. Я уже готова бежать сейчас, затаиться и только тогда начать расследовать свою жизнь. Данная атмосфера будто блокирует и замедляет мои мозговые функции. Или это последствия препарата. Он делал из меня никчемную развалину, чтобы этому мужчине было удобно управлять мною.
— Послезавтра мы летим в Чикаго, — заговорил Джексон, собирая остатки своей порции на ложку.
— Надолго? — спрашиваю я, стараясь сделать мягкий тон.
— Примерно на месяц. Мы с доктором Аданом открываем там клинику.
— Доктор Адан тоже едет?
Джексон поднимает на меня глаза, вытирая салфеткой свои изогнутые в легкой улыбке губы.
— Разумеется, дорогая. Он тебе нужен.
Я сглатываю.
— Складывается впечатление, словно он со мной до конца своих дней.
— Если лечение не продвинется, то так и будет, — спокойно бросает Джексон и встает из-за стола.
— Он не вечен. Что ты тогда будешь делать? — не поднимая глаз осмелилась спросить я.
Джексон остановился рядом со мной. Он погладил меня по голове как свою верную и послушную собачку, затем склонился и коснулся губами моего уха. Горячее дыхание пощекотало мои нервы.
— Это не твоя забота. Не переживай, ты в безопасности и всегда будешь под наблюдением самого лучшего доктора.
Он оставил поцелуй на моей щеке и удалился. После ужина он всегда уходит в свой кабинет.
Я только сейчас поняла, насколько была зажата и напряжена, когда расслабилась и выдохнула. Мне хочется орать от несправедливости. Он совершенно безумный и делает из меня больную. Когда осознаешь, какой человек находится рядом, хочется поскорее освободиться из его власти.
Сейчас я в здравом уме и мне хочется бежать не оглядываясь. Если я раньше сомневалась, что выживу без Джексона в большом мире, то сейчас твердо убеждена, что смогу выстоять. Рядом с ним смерть, как оказалось, и бояться нужно его, а не того, что находится за пределами этого особняка, который для меня стал золотой клеткой.
— Госпожа Райт, Вы продолжите ужинать?
Я резко подняла голову, когда услышала женский голос рядом.
— Нет.
Мадам Джонсон после моего ответа тут же распорядилась начать убирать все со стола.
— Мадам Джонсон?
— Да?
— У Вас же имеется книга учета?
— Разумеется.
— И там имеется информация про Анну?
— Конечно.
— Мне нужен ее номер. Принесите мне его. Сейчас.
Женщина чуть склонила голову в знаке повиновения и направилась на кухню. Через пять минут она снова стояла передо мной и протягивала небольшой лист, на котором записан номер Анна.
