Впрочем, пройдя через высокие двери в следующее помещение, я изменила своё мнение. Огромный зал выглядел бы уместно в каком-нибудь дворце, но не в частной, пусть даже роскошной квартире. Стены его тоже были белыми, но зеркально гладкий мраморный пол — чёрным, и в нём отражались большие, с многочисленными подвесками люстры. Вдоль стен выстроились колонны, колоннами же ограждались и два овальных возвышения посреди зала, которые, по моему мнению, тут вообще были ни к селу, ни к городу. Сам зал был длиной едва ли не в станцию метро, да и в ширину ненамного меньше, так что я решила, что его создатель изрядно поиграл с пространством, дабы уместить всё это в одном пентхаузе. Сказать наверняка было сложно, слишком много тут было магических потоков, свёрнутых в замысловатый узел.
А ещё в зале были люди. Их количество не слишком бросалось в глаза из-за его размеров, но тут собралось, должно быть, не меньше сотни магов и магинь всех возможных национальностей и разных степеней Силы. Дамы в вечерних платьях, мужчины в смокингах, стоило нам переступить порог, повернулись к нам и молча смотрели, как я и мои спутники идём по залу вслед за Джинджер Хирш. И хотя за мной шли восемь мужчин и четыре женщины, я чувствовала, что все взгляды прикованы ко мне одной. Собравшиеся всё так же молча провожали меня глазами, и на их лицах я ничего не могла прочесть. Но это повышенное внимание мгновенно заставило меня почувствовать себя очень молодой, простоватой и неловкой, и остро осознать всю неуместность моего строгого брючного костюма на этом светском рауте. Должно быть, этого-то Барр и добивался, намеренно не упомянув в приглашении о «чёрном галстуке», что подразумевало бы вечерний туалет. В почти полной тишине наши шаги гулко отдавались под высокими сводами. Стараясь не таращиться по сторонам, я прошла через весь огромный зал, и, оставив его позади, вздохнула с облегчением.
Дальше был коридор с несколькими закрытыми дверями, привёдший нас в ещё одну приёмную. Эта была оформлена в более современном стиле — с тёмными кожаными диванами прямоугольных форм, низким журнальным столом, и даже огромный белый камин, в котором горел настоящий огонь, не слишком выбивался из общей картины.
— Прошу вас подождать секунду здесь, — впервые с момента знакомства открыла рот Хирш. Я кивнула, и она скрылась за обитой чёрной кожей двустворчатой дверью. Я, пользуясь случаем, оглядела комнату более детально. На стенах висели несколько картин, но я недостаточно хорошо разбиралась в живописи, чтобы судить об авторстве и времени написания.
Джинджер появилась и в самом деле через несколько секунд.
— Мисс Чернова, Хозяин будет рад вас видеть, — сообщила она. — Но ваших спутников просят подождать в приёмной.
Я вопросительно взглянула и Симона, и наткнулась на точно такой же вопросительный взгляд. Делать было нечего, разве что нагло вломиться к Хозяину всей толпой, и я кивнула. После чего направилась к предупредительно распахнутой двери. Странно, я здорово трусила последние несколько часов, но сейчас, после прохода через безмолвную толпу, чувствовала себя почти спокойной.
Комната за дверью тоже была большая, но выглядела, не в пример залу, относительно уютно. Наверное, из-за неяркого света, которые давали два торшера и лампа на массивном письменном столе. А справа и слева тянулись два больших, до самого пола, ничем не занавешенных окна. Слева открывался фантастический вид на ночной город и далёкую водную гладь с мостом, казавшимся свитым из тончайших светящихся нитей. А справа…
Да, любит Луис Барр пофорсить, любит. Переход из реального мира в Тирфо Туинн был сделан настолько виртуозно, что, если не прислушиваться к своим чувствам, то можно было его и не заметить. И за правым окном расстилался совсем не тот пейзаж, что за левым. Слабо освещённый парк уступами спускался вниз, туда, где во тьме угадывалась похожая на чёрный бархат земля. Интересно, это естественная возвышенность, или искусственная? Ведь окно в Подпространстве должно находиться на таком же расстоянии от земли, что и в обычном мире…
— Впечатляюще, не правда ли? — спросил сидевший на другом конце комнаты мужчина.
— О да, — ответила я, перенося своё внимание на гостеприимного Хозяина.
В отличие от своих застёгнутых на все пуговицы вассалов Луис Барр был одет весьма демократично. На нём не было ни смокинга, ни пиджака, лишь рубашка цвета хаки с распахнутым воротом и чёрные брюки. Он сидел в кресле, положив ноги на низенькую скамеечку, и в руке его, лежавшей на придвинутом к креслу низком столике, был стакан явно с чем-то крепким. Выждав секунду или две, он снял ноги со скамеечки и неторопливо поднялся, не выпуская стакана из рук. Он был на полголовы выше меня, смуглый, с тёмными глазами и иссиня-чёрными волосами. На вид ему было лет тридцать или даже меньше.
— Приветствую вас в моём доме, — церемонно сказал он, едва заметно наклоняя голову. — Да вы не стесняйтесь, подойдите ближе.
